Квалификация по статье бандитизм и ответственность за бандитизм

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 января 1997 г. N 1 “О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм
” дается понятие банды. Банда – это разновидность формы соучастия в преступлении (ст. 35 Уголовного кодекса Российской Федерации, далее – УК РФ), и для того чтобы квалифицировать действия группы лиц по ст. 209 УК РФ, необходимо установить признаки бандитизма, которые даются в вышеуказанном Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Квалификация в статье бандитизм часто вызывает трудности, особенно по совокупности с иными преступлениями.

В том же Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации в п. 13 дается разъяснение о том, что “судам следует иметь в виду, что ст. 209 УК РФ, устанавливающая ответственность за создание банды, руководство и участие в ней или в совершаемых ею нападениях, не предусматривает ответственность за совершение членами банды в процессе нападения преступных действий, образующих самостоятельные составы преступлений, в связи с чем в этих случаях следует руководствоваться положениями ст. 17 УК РФ, согласно которым при совокупности преступлений лицо несет ответственность за каждое преступление по соответствующей статье или части статьи УК РФ “. Пункт 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 января 1997 г. N 1 “О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм”.

Необходимо отметить, что достаточно долгое время позиция правоприменительных органов в отношении данного вопроса вызывала противоречия.

Так, в ряде случаев судами были квалифицированы все деяния, которые совершались бандой по общей совокупности. В иных же случаях квалификация бандитизма была единственной при наличии совокупной правовой оценки деятельности данного преступного формирования.

В свою очередь, Н.И. Загородников отметил, что в процессе совершения бандитских нападений могут совершаться такие уголовные преступления, как убийство, а также похищение как государственного, общественного, так и личного имущества. Кроме того, может быть похищено огнестрельное оружие, боевые припасы, а также взрывчатые вещества, уничтожено государственное либо общественное имущество и т.п. Все указанные действия будут охвачены составом бандитизм и не требуют проведения дополнительной квалификации. Вместе с тем дополнительная квалификация не требуется и в том случае, если бандой было совершено посягательство на жизнь работника милиции, либо народного дружинника, при выполнении последними возложенной на них служебной или общественной деятельности, либо иные насильственные действия, в свою очередь, сопряженные с причинением вреда жизни, а также здоровью.

При этом, по мнению Н.Ф. Кузнецовой, квалификация бандитизма, сопряженного с убийством либо хищением по совокупности, – излишняя, поскольку в соответствии со своей структурой бандитизм представляет собой сложное составное уголовное преступление.

Следует полагать, что данная точка зрения на анализируемую проблему обоснована, так как детальная квалификация дает возможность судам, назначая наказание, осуществить индивидуализацию ответственности участников банды при назначении самого наказания. Кроме того, это дает возможность учитывать всю тяжесть последствий, которые наступили от совершенного преступления группой лиц.

Следует обратить внимание на позицию А.В. Иванчина по данному вопросу. Так, по его мнению, в качестве одной из причин коренного изменения правоохранительной практики выступает смягчение санкции, назначаемой за бандитизм. Второй причиной служит попытка правоприменительной практики отыскать вариант самой верной, а также полной квалификации.

Так, человек должен нести уголовную ответственность не за совершение “аморфной” преступной деятельности в составе банды, а именно за совершение конкретных преступлений.
В соответствии с редакцией ч. 1 ст. 17 УК РФ в качестве совокупности преступлений будет признано совершение двух либо более преступлений, при этом ни за одно из которых лицо ранее не осуждалось, за исключением случаев, при которых совершение двух либо более преступлений было предусмотрено статьями Особенной части УК РФ в качестве обстоятельства, в свою очередь, влекущего назначение более строгого наказания.

Эта позиция законодателя вызывала споры в среде ученых, согласно которым квалифицировались преступления, сопряженные с другими преступлениями, в том случае, если данное обстоятельство было предусмотрено именно в качестве квалифицирующего признака. Такого рода вопросы вызывает также квалификация убийства, которое сопряжено с бандитизмом.

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 января 1999 г. N 1 “О судебной практике по делам об убийстве” в п. 11 говорится о том, что “…как сопряженное с разбоем, вымогательством или бандитизмом следует квалифицировать убийство в процессе совершения указанных преступлений. Содеянное в таких случаях квалифицируется по п. “з” ч. 2 ст. 105 УК РФ в совокупности со статьями УК РФ, предусматривающими ответственность за разбой, вымогательство или бандитизм”. Пункт 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 января 1999 г. N 1 (ред. от 03.03.2015) “О судебной практике по делам об убийстве”.

П.С. Яни, В.И. Тюнин, дав анализ данной проблеме, обозначили, что регламентированное в ч. 1 ст. 17 УК РФ исключение, по сути, не распространяется на совершение убийств, которые сопряжены с преступлениями, отмеченными в ч. 2 ст. 105 УК РФ. Как следствие, сопряженность убийства с другими преступлениями – это не пример законодательно учтенной совокупности.

Вместе с тем до сих пор вызывает дискуссии в уголовно-процессуальной теории вопрос, который касается соотношения бандитизма, а также вооруженного разбоя, который был совершен организованной группой лиц.

Все попытки, направленные на то, чтобы установить отличие данных составов совершаемых преступлений, являются на сегодняшний день малопродуктивными. Так, некоторая часть исследователей просто ограничивается лишь формулированием конкретных правил квалификации. К примеру, по мнению, высказанному В.В. Качаловым, действия организатора банды, которым было совершено разбойное нападение, следует квалифицировать в соответствии с ч. 1 ст. 209 УК РФ (создание банды), а также п. “а” ч. 4 ст. 162 УК РФ (разбой, который был совершен организованной группой). Вместе с тем следует согласиться с мнением В.М. Быкова, который говорил, что разграничить банду, а также вооруженную организованную группу, которой были совершены разбойные нападения, практически не представляется невозможным. Поэтому целесообразно признать, что разбой, который был совершен организованной, а также вооруженной группой, является непосредственным бандитизмом. Однако в вышесказанном п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 января 1997 г. N 1 “О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм”, данный случай рассматривается как совокупность преступлений, предусмотренных соответствующей частями ст. ст. 209, 162 УК РФ.

На практике неоднократно были обращения в Конституционный Суд Российской Федерации, чтобы они разобрались с конституционностью ч. 2 ст. 209 УК РФ, так как квалификация разбоя, совершенного по предварительному сговору в составе банды, проводится по совокупности преступлений, предусмотренных частью третьей ст. 162 УК РФ и частью второй ст. 209 УК РФ.

Возражая данной точке зрения, Конституционный Суд Российской Федерации  дал разъяснение, что участие в устойчивой вооруженной группе (банде) или в совершаемых ею нападениях, уголовная ответственность за которое предусмотрена частью второй ст. 209 УК РФ, и разбой, совершенный организованной группой в целях завладения имуществом в крупном размере, ответственность за совершение которого предусмотрена п. п. “а” и “б” части четвертой ст. 162 УК РФ (до 8 декабря 2003 г. ответственность за данное преступление предусматривалась п. п. “а” и “б” части третьей ст. 162 УК РФ), образуют самостоятельные составы преступлений, различающиеся по объекту уголовно-правовой охраны, характеру посягательства, направленности умысла и степени опасности. Поэтому назначение за них наказания по совокупности преступлений не может рассматриваться как противоречие ч. 1 ст. 50 Конституции Российской Федерации, гарантирующей каждому право не быть повторно осужденным за одно и то же преступление, и не только не нарушает принцип справедливости, но, напротив, отвечает требованию справедливого наказания за совершенное преступление. Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 8 апреля 2010 г. N 601-О-О “Об отказе в принятии к рассмотрению жалоб гражданина Варлакова Александра Александровича на нарушение его конституционных прав частью второй статьи 209 Уголовного кодекса Российской Федерации, частью первой статьи 240 и статьей 285 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации”.

Данные преступления имеют разные объекты (общественная безопасность в одном случае, собственность, жизнь и здоровье – в другом), цели преступления (участие в банде не предусматривает в качестве обязательного элемента состава бандитизм каких-либо конкретных целей, осуществляемых вооруженной бандой нападений, а разбой осуществляется только в целях хищения), объективную сторону (участие в банде может иметь формы финансирования, обеспечения ее оружием, транспортом, а разбой состоит в нападении на потерпевшего, сопряженном с применением насилия или с угрозой его применения).

Можно сделать вывод, что часть вторая ст. 209 и п. п. “а” и “б” части четвертой ст. 162 УК РФ регламентируют разные преступления, которые могут иметь общий признак – совершение нападений, и не соотносятся между собой как часть и целое и как общая и специальная нормы.

Кроме того, оспариваемая ст. 209 УК РФ, устанавливающая в части второй уголовную ответственность за участие в устойчивой вооруженной группе (банде) или в совершаемых ею нападениях, не содержит положений, которые определяли бы правила квалификации деяний по совокупности преступлений. Такие положения содержатся в части пятой ст. 35 УК РФ, которая прямо предусматривает, что участники организованной группы или преступного сообщества (преступной организации) несут уголовную ответственность за участие в них в случаях, предусмотренных ст. ст. 208, 209, 210 и 282.1 этого Кодекса, а также за преступления, в подготовке или совершении которых они участвовали.

В п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 июня 2010 г. N 12 “О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации) или участии в нем (ней)”  дается разъяснение квалификации, что касается организации преступного сообщества (или преступной организации) либо участия в таковом (таковой), сопряженное с последующим созданием, руководством, а также участием в банде. Так, если участниками преступного сообщества (либо участниками преступной организации), помимо самого участия в сообществе (либо организации), была создана устойчивая вооруженная группа (либо банда), целью которой является нападение на граждан либо организации, а также руководство бандой, то содеянное будет образовать реальную совокупность преступлений и впоследствии подлежит последующей квалификации в соответствии со ст. ст. 209 и 210 УК РФ, а в случае наличия к тому оснований и по соответствующим статьям УК РФ, предусматривающим ответственность за принятие участия в ином преступлении.  Пункт 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 июня 2010 г. N 12 “О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации) или участии в нем (ней)”.

Бывают случаи, когда организатор или участники, входящие в состав преступного сообщества (преступной организации), заранее объединяются для совершения вооруженных нападений на граждан или организаций и действуют не по разработанному плану своего преступного сообщества, то их действия следует квалифицировать по ч. 1 или ч. 2 ст. 209 УК РФ, а также по другим статьям УК РФ, предусматривающим ответственность за данное преступление.

Учитывая изложенное, можно сделать следующий вывод, что необходимость в квалификации деяния, ответственность за которое предусмотрена ст. 209 УК РФ, по совокупности с преступлениями, которые были совершены бандой, сегодня определяется достаточно сложным по своей структуре объектом, характерным для бандитизма. В качестве последнего выступает общественная безопасность, содержащая комплекс самостоятельных объектов, находящихся под уголовно-правовой охраной.

К их числу относятся: жизнь, здоровье человека, иные интересы личности, все виды собственности, общественный порядок, а также иные ценности.