Контрабада наркотиков путем международных почтовых отправлений

Судебная практика свидетельствует о том, что контрабанда наркотических средств, психотропных веществ, их прекурсоров и аналогов, наркосодержащих растений либо их частей достаточно часто совершается путем международных почтовых отправлений. При этом в правоприменительной деятельности возникает ряд проблем, связанных с определением способа совершения преступления, местом его совершения, моментом окончания и квалификацией действий соучастников контрабанды.

Вопрос о способе совершения контрабанды в рассматриваемой ситуации не должен был бы возникать, поскольку соответствующие разъяснения содержатся в таможенном законодательстве. Вместе с тем даже высшая судебная инстанция в определениях по конкретным делам пытается конкретизировать способ совершения преступления.

Так, по уголовному делу в отношении Волкова Верховный Суд РФ пришел к выводу, что способом совершения контрабанды является недостоверное декларирование почтового отправления, поскольку Волков осознавал, что в почтовом отправлении из <…> находится наркотическое средство, а не образцы металлического материала, как заявлено отправителем, и это наркотическое средство незаконно перемещено через таможенную границу Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 21 апреля 2016 г. N 46-АПУ16-3сп.

Во-первых, при совершении контрабанды наркотических средств или других предметов преступления осуществляется их перемещение через таможенную границу Союза, что Таможенный кодекс ЕАЭС определяет как ввоз товаров на таможенную территорию Союза. В свою очередь, ввоз товаров на таможенную территорию Союза определяется как совершение действий, которые связаны с пересечением таможенной границы Союза и в результате которых товары прибыли на таможенную территорию Союза любым способом, включая пересылку в международных почтовых отправлениях, использование трубопроводного транспорта и линий электропередачи, до выпуска таких товаров таможенными органами.

Таким образом, пересылка контролируемых предметов в международных почтовых отправлениях – один из способов ввоза. А при незаконном ввозе – способ контрабанды. Незаконность указанного способа контрабанды следует не из определения незаконного перемещения товаров через таможенную границу Союза, которое дано в п. 25 ст. 2 ТК ЕАЭС (перемещение товаров через таможенную границу Союза вне мест, через которые в соответствии со ст. 10 Кодекса должно или может осуществляться перемещение товаров через таможенную границу Союза, или вне времени работы таможенных органов, находящихся в этих местах, либо с сокрытием от таможенного контроля, либо с недостоверным таможенным декларированием или недекларированием товаров, либо с использованием документов, содержащих недостоверные сведения о товарах, и (или) с использованием поддельных либо относящихся к другим товарам средств идентификации), а из положений ст. 285 ТК ЕАЭС, в соответствии с которой не допускается пересылка в международных почтовых отправлениях товаров, запрещенных к пересылке в соответствии с актами Всемирного почтового союза, и товаров, не подлежащих пересылке в международных почтовых отправлениях, перечень которых определяется комиссией.

В соответствии с положениями Всемирной почтовой конвенции и Заключительным протоколом (приняты в г. Дохе 11 октября 2012 г.) запрещены для всех категорий отправлений наркотики и психотропные вещества, как они определены Международным комитетом по контролю над наркотиками (МККН), или другие незаконные вещества, запрещенные в стране назначения. Решением комиссии Таможенного союза от 17 августа 2010 г. N 338 “Об особенностях пересылки товаров в международных почтовых отправлениях” (с последующими изм. и доп.) запрещена пересылка наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, а также растений и грибов, содержащих наркотические средства, психотропные вещества и их прекурсоры, в любом виде и состоянии, включая их плоды, семена и споры.

Кроме того, запрет на пересылку наркотических средств, психотропных веществ и внесенных в Список I прекурсоров в почтовых отправлениях, в том числе международных, предусмотрен ст. 22 Федерального закона от 8 января 1998 г. N 3-ФЗ “О наркотических средствах и психотропных веществах”.

Таким образом, пересылка наркотических средств или иных предметов преступления, указанных в ст. 229.1 УК РФ, представляет собой самостоятельный способ незаконного перемещения предметов контрабанды через таможенную границу Союза.

Вторая проблема квалификации связана с определением места совершения контрабанды, совершенной путем международных почтовых отправлений.

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 апреля 2017 г. N 12 “О судебной практике по делам о контрабанде” указывается, что, если предмет контрабанды перемещается на таможенную территорию под видом товара посредством регистрируемого международного почтового отправления (заказным письмом, бандеролью, мелким пакетом), местом совершения такого преступления является место, по которому с таким товаром совершаются операции, связанные с его выпуском (место международного почтового обмена). Если указанный предмет контрабанды перемещается на таможенную территорию простым (нерегистрируемым) международным почтовым отправлением и установить точное место перемещения через таможенную границу либо государственную границу такого почтового отправления невозможно, то местом совершения преступления следует считать: почтовый адрес получателя – в случае, когда почтовое отправление получено адресатом; адрес почтовой организации – в случае, когда почтовое отправление вручено получателю в почтовой организации или изъято в ней сотрудниками правоохранительных органов.

Вместе с тем представляется, что в последнем случае высшая судебная инстанция неточно использовала термин “место совершения преступления”, так как местом совершения преступления в формальных составах преступления признается место выполнения действий, образующих объективную сторону преступления, а применительно к контрабанде – место незаконного перемещения предметов контрабанды через таможенную (государственную) границу. В указанном Постановлении, как справедливо отмечает А.В. Федоров, разъяснение касается не места совершения преступления как признака объективной стороны преступления, а места обнаружения контрабанды, что имеет значение для определения территориальной подсудности.

Напомним, что в Таможенном кодексе ЕАЭС ввоз, в том числе путем международных почтовых отправлений, определяется как совершение действий, которые связаны с пересечением таможенной границы Союза и в результате которых товары прибыли на таможенную территорию Союза, до выпуска таких товаров таможенными органами. Следовательно, незаконное перемещение предметов наркоконтрабанды на таможенную территорию Союза при их пересылке в международных почтовых отправлениях завершается по прибытии на таможенную территорию Союза независимо от вида международного почтового отправления.

В Таможенном кодексе Евразийского экономического союза международные почтовые отправления определяются как посылки и отправления письменной корреспонденции, которые являются объектами почтового обмена в соответствии с актами Всемирного почтового союза, сопровождаются документами, предусмотренными актами Всемирного почтового союза, пересылаются за пределы таможенной территории Союза из мест (учреждений) международного почтового обмена, либо поступают на таможенную территорию Союза в места (учреждения) международного почтового обмена, либо следуют транзитом через таможенную территорию Союза.

В соответствии со ст. 286 ТК ЕАЭС таможенные операции в отношении товаров, пересылаемых в международных почтовых отправлениях, совершаются таможенными органами в местах (учреждениях) международного почтового обмена либо в иных местах, определенных таможенным органом.

Следовательно, местом совершения наркоконтрабанды путем пересылки контролируемых предметов в международных почтовых отправлениях является место нахождения учреждения международного почтового обмена, в которое поступило почтовое отправление.

Из приведенных выше определений можно сделать вывод о начале и окончании действий, образующих объективную сторону контрабанды, совершаемой путем международного почтового отправления: непосредственное совершение преступления начинается в момент сдачи международного почтового отправления в место (учреждение) международного почтового обмена, расположенное вне таможенной территории Союза, и завершается при поступлении на таможенную территорию Союза в места (учреждения) международного почтового обмена. Отсюда следует, что на признание контрабанды, совершаемой указанным способом, оконченным преступлением не влияет тот факт, что почтовое отправление по зависящим или независящим причинам не было получено заказчиком наркотиков. Так, Ломакин был осужден за оконченное преступление, несмотря на то, что перемещенное контрабандным путем через таможенную границу и Государственную границу РФ наркотическое средство было изъято сотрудниками таможни ФТС России на участке обработки и сортировки почты <…> почтамта УФПС <…> Республики – филиал ФГУП “Почта России” Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 18 сентября 2013 г. N 31-АПУ13-13.

Равным образом контрабанда признается оконченным преступлением в случае обнаружения наркотического средства или иного предмета преступления в международном почтовом отправлении, его замены на муляж и дальнейшего получения международного почтового отправления адресатом. Так, на территории таможенного поста “Международный почтамт” <…> таможни ФТС России в ходе проведения сотрудниками таможни таможенного досмотра международного почтового отправления, прибывшего в Российскую Федерацию из <…> на имя Шефтера А., было обнаружено наркотическое средство, замененное на муляж. В процессе ОРМ “контролируемая поставка” Шефтер А.И. получил посылку с находившимся в ней муляжом наркотического средства. Действия Шефтера А.И. квалифицированы как оконченное преступление Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 25 сентября 2013 г. N 5-АПУ13-47.

С определением момента непосредственного начала и окончания действий, входящих в объективную сторону контрабанды, совершаемых путем международного почтового отправления, напрямую связан вопрос о квалификации действий лица, которое по предварительному сговору с отправителем получило или должно было получить почтовое отправление, содержащее наркотики.

На протяжении последних лет практика Верховного Суда была противоречивой.

Так, Котов К.В. признан виновным в организации контрабанды. Верховный Суд РФ согласился с приговором, указав, что судом установлено, что осужденный, используя свой планшет, вышел на указанный в приговоре сайт, осуществил заказ наркотического средства ЛСД, указал свои установочные данные и адрес и оплатил заказанное наркотическое средство через электронный кошелек, т.е. совершил действия, которые послужили для неустановленного лица основанием для последующих упаковки наркотического средства и отправления его в адрес осужденного Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 12 августа 2014 г. N 49-АПУ14-28.

В другом случае высшая судебная инстанция признала правильной квалификацию действий получателя посылки как исполнителя контрабанды, мотивировав свое решение следующим образом: “…судом правильно установлено, что Шефтер лично и непосредственно совершил действия, направленные на совершение задуманного преступления – контрабанды наркотических средств и доведения его до конца, что свидетельствует о наличии предварительного сговора между ним и неустановленным лицом” Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 25 сентября 2013 г. N 5-АПУ13-47.

Приведем еще один пример.

Кирилин при помощи сайта всемирной глобальной сети Интернет осуществил заказ наркотического средства, после чего получил уведомление о принятии заказа и необходимости его оплаты, и затем произвел оплату заказа с помощью электронного перевода денежных средств, т.е. заключил с неустановленным лицом соглашение о незаконном приобретении у него наркотического средства, указав адрес своего проживания для получения заказа посредством международного почтового отправления. Неустановленное лицо, действуя в рамках единого преступного умысла с Кирилиным К.Ф., из почтового отделения в г. <…> оформило и передало для пересылки два международных почтовых отправления с вложением соответственно первой и второй части наркотического средства, которое Кирилин получил.

Как указал Верховный Суд РФ, указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что Кирилин К.Ф., действуя умышленно, согласованно, в рамках единого преступного умысла с неустановленным лицом, совершил незаконное перемещение через таможенную границу Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС наркотического средства в особо крупном размере, и действия его правильно квалифицированы как совершенные группой лиц по предварительному сговору <7>. Признав Кирилина виновным в контрабанде, совершенной группой лиц по предварительному сговору, высшая судебная инстанция тем самым согласилась с квалификацией его действий как соисполнителя преступления Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 17 июля 2013 г. N 60-АПУ13-5.

Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 27 апреля 2017 г. N 12 “О судебной практике по делам о контрабанде” указал, что получатель международного почтового отправления, содержащего предметы контрабанды, если он, в частности, приискал, осуществил заказ, оплатил, предоставил свои персональные данные, адрес, предусмотрел способы получения и (или) сокрытия заказанного товара, подлежит ответственности как исполнитель контрабанды. Подобная рекомендация представляется спорной.

Если обратиться к приведенным выше примерам, то в защиту позиции о необходимости квалифицировать действия заказчиков наркотиков как соисполнителей контрабанды приводятся следующие аргументы. Во-первых, совершение действий в рамках единого преступного умысла. Во-вторых, совершение получателем почтового отправления действий, направленных на контрабанду. Но в рамках единого преступного умысла действуют не только соисполнители, но и иные соучастники преступления: организаторы, подстрекатели, пособники, а совершить действия, направленные на контрабанду, еще не значит совершить непосредственные действия по контрабанде. Поэтому указанные аргументы не могут быть признаны убедительными.

Наличие таких признаков, как участие в преступлении двух лиц, предварительный сговор и согласованность действий, свойственно как простому (в совершении преступления участвуют только соисполнители), так и сложному соучастию с распределением ролей (в совершении преступления участвуют как исполнитель, так и другие соучастники – организатор, подстрекатель, пособник).

Позиция высшей судебной инстанции о признании лица, совершившего заказ и оплату контрабандной пересылки наркотиков, как соисполнителя преступления спорна и потому, что исполнителем преступления признается лицо, непосредственно совершившее преступление либо непосредственно участвующее в его совершении (ч. 2 ст. 33 УК РФ). Объективная сторона контрабанды в уголовном законе определена как “незаконное перемещение…” через таможенную или государственную границу. Следовательно, объективную сторону преступления при таком способе контрабанды образуют только действия по непосредственному незаконному перемещению (изменению места нахождения) наркотических средств или других предметов контрабанды. Соисполнительство в преступлении невозможно до начала выполнения действий по непосредственному незаконному перемещению предметов контрабанды через таможенную (государственную) границу и после завершения перемещения.

Контрабанда наркотиков путем пересылки в международных почтовых отправлениях представляет собой незаконный ввоз товаров на таможенную территорию Союза, т.е. по определению в ТК ЕАЭС – совершение действий, которые связаны с пересечением таможенной границы Союза. Указанные действия, образующие объективную сторону контрабанды, совершаются только отправителем международного почтового отправления. Приискание, осуществление заказа, оплата, предоставление своих персональных данных, адреса, предусмотрение способов получения и (или) сокрытия заказанных наркотических средств, психотропных веществ или их прекурсоров находятся за рамками объективной стороны наркоконтрабанды.

Приведу пример.

Климов, действуя с целью обогащения путем незаконного сбыта наркотических средств, дважды вступал в сговор с находящимся в <…> неустановленным лицом на приобретение таковых и их контрабандное перемещение через таможенную границу Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС из КНР в РФ посредством сокрытия от таможенного контроля в международном почтовом отправлении. Климов сообщал находящемуся в <…> соучастнику реквизиты для направления ему международного почтового отправления с сокрытым наркотическим средством в г. <…>. Находящийся в <…> соучастник преступлений приобретал смесь, в состав которой входили наркотические средства, и, поместив их в международное почтовое отправление, отправлял по полученным от Климова реквизитам в РФ, сообщая Климову международный идентификатор отправления. Указанные почтовые отправления после прохождения таможенного досмотра на таможенном посту “Аэропорт <…>” поступали в почтовые отделения в <…> Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 15 ноября 2016 г. N 45-АПУ16-33 .

Поскольку не установлен соучастник Климова, не установлены и обстоятельства приобретения наркотиков для их последующего контрабандного перемещения. Как по данному уголовному делу, так и в большинстве других случаев не исключается, что приобретение наркотиков осуществляется только после их заказа и оплаты, что может свидетельствовать о совершении заказчиком действий не только до начала непосредственного совершения контрабанды, но и до покушения на контрабанду, что исключает возможность квалификации действий заказчика как соисполнителя контрабанды, а следовательно, квалификации его действий с учетом признака совершения контрабанды группой лиц по предварительному сговору.

Действия заказчика не могут быть квалифицированы как организатора контрабанды, поскольку он обращается к лицам, которые не только занимаются сбытом наркотиков и их контрабандой, но и размещают соответствующую информацию на соответствующих сайтах в сети Интернет, что свидетельствует об отсутствии необходимости организовывать конкретное преступление, достаточно передать информацию о намерении приобрести наркотики, указать адрес и произвести оплату.

Поскольку заказчик наркотиков содействовал совершению преступления предоставлением информации и заранее обещал приобрести или сбыть предметы преступления, его действия правильно квалифицировать как пособничество контрабанде по ч. 5 ст. 33 и соответствующей части (при наличии квалифицирующих признаков) ст. 229.1 УК РФ.