Правомерен ли отказ в иске о взыскании ошибочно перечисленных денежных средств как неосновательного обогащения

Отказ в иске о взыскании ошибочно перечисленных денежных средств как неосновательного обогащения правомерен, если суд установил, что истец знал о назначении платежей и точных реквизитах получателя средств, платеж совершался с подтверждением операции, а также исследовал ряд других обстоятельств, свидетельствующих о фактических намерениях сторон спора. В судебной практике имеются различные позиции по вопросу о содержании доказательств факта ошибочности перечисления.

Обоснование: Согласно п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело имущество за счет другого лица, обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное имущество, за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 ГК РФ.
В силу п. 4 ст. 1109 ГК РФ перечисленные денежные средства не могут быть взысканы как неосновательное обогащение, если их передача произведена во исполнение несуществующего обязательства или в целях благотворительности. При этом бремя доказывания наличия оснований для получения денежных средств либо обстоятельств, при которых неосновательное обогащение не подлежит возврату, лежит на получателе этих средств.
В случаях совершения платежей с подтверждением операции (введение кодов, паролей доступа) при должной внимательности возможность подобных ошибок сведена к минимуму, платеж с подтверждением операции совершается истцом намеренно именно в адрес ответчика, о точных реквизитах счета которого истец осведомлен. Ввиду этой особенности платежей при рассмотрении споров данной категории ставится вопрос о применении исключения, предусмотренного в п. 4 ст. 1109 ГК РФ. Представляется обоснованной правовая позиция, что для применения п. 4 ст. 1109 ГК РФ необходимо наличие прямого умысла в действиях истца – лицо действовало с намерением одарить другую сторону и с осознанием отсутствия обязательства перед последней (Апелляционное определение Верховного суда Республики Татарстан от 18.09.2017 по делу N 33-13179/2017).
В этом случае закон, обеспечивая стабильность гражданского оборота, отказывает в защите и восстановлении имущественной сферы истца, так как платеж приобретателю происходит добровольно, осознанно и целенаправленно, а значит, последующие требования о взыскании денежных средств как ошибочно перечисленных вступают в противоречие с его предшествующим поведением.
Для применения ст. 1102 и п. 4 ст. 1109 ГК РФ юридически значимыми являются обстоятельства, касающиеся того, в счет исполнения каких именно обязательств осуществлялись переводы в адрес приобретателя, а также подлежат установлению намерения истца (направленность на безвозмездную передачу, добровольность перевода). При этом истцом должны быть представлены доказательства, подтверждающие получение ответчиком денежных средств именно как неосновательного обогащения. Обязанность подтвердить основания получения денежных средств и бремя доказывания того, что истец знал об отсутствии обязательства либо предоставил имущество в целях благотворительности (в дар), в силу прямого указания в п. 4 ст. 1109 ГК РФ возлагается на ответчика.
Таким образом, разрешение спора предполагает исследование вопроса о наличии или отсутствии оснований для перечисления сумм в рамках взаимоотношений истца и ответчика, зависит от выяснения фактических обстоятельств и оценки представленных доказательств судом в рамках конкретного дела. При этом во внимание должны быть приняты все обстоятельства дела, в том числе и то, с какой целью осуществлялась передача денежных средств между истцом и ответчиком с учетом всех установленных фактов, а также правильно распределяться бремя доказывания (Определение Верховного Суда РФ от 26.11.2013 N 56-КГ13-9).
При применении п. 4 ст. 1109 ГК РФ суды общей юрисдикции как имеющие юридическое значение для установления фактической ошибки и субъективной стороны действий истца принимали во внимание следующие обстоятельства:
1) назначение платежа. В одном из дел исходя из назначения платежа (указание на номер и дату договора, заключенного между ответчиком и иным лицом – коммерческой организацией), с учетом иных обстоятельств дела, подтвержденных доказательствами, суд пришел к выводу о том, что истец добровольно совершил платеж в адрес ответчика и знал как об отсутствии договорных отношений между ним и ответчиком, так и об отсутствии у него обязательства по переводу денежных средств по соответствующему договору (Апелляционное определение Санкт-Петербургского городского суда от 17.01.2017 N 33-1170/2017 по делу N 2-2825/2016). Данная позиция суда представляется обоснованной. Ввиду добровольного исполнения истцом обязательства за третье лицо ответчик не может считаться неосновательно обогатившимся, так как получил денежные средства при наличии правового основания – сделки (договора с коммерческой организацией). В отношении коммерческой организации, которая в результате платежа истца сберегла денежные средства, требования также не могут быть удовлетворены, поскольку платеж совершен, несмотря на то что плательщик заведомо знал об отсутствии у него такого обязательства.
Однако, если при переводе денежных средств назначение платежа не конкретизировано, намерения истца могут быть установлены на основании иных доказательств и с учетом предшествующих отношений сторон. В ходе рассмотрения дела стороны не отрицали, что между ними имеются деловые отношения, истец и ответчик знали телефоны друг друга, имели информацию о счетах, с учетом представленных доказательств и имеющейся переписки денежные средства переданы истцом не ошибочно, но добровольно и намеренно для направления их в последующем как пожертвования в общественную организацию (Апелляционное определение Московского городского суда от 26.03.2018 по делу N 33-11821);
2) неоднократность перечислений денежных средств в разное время и разными суммами через систему онлайн-банкинга, терминалы и банкоматы либо на счета ответчика в разных банках. Поскольку при совершении платежей указываются не только анкетные данные получателя денежных средств, но и номер карты получателя, а также телефон, неоднократное совершение платежей и повторение комплекса действий, связанных с подтверждением перевода, исключает фактическую ошибку (Апелляционное определение Московского городского суда от 04.10.2018 по делу N 33-40604/2018, Апелляционное определение Ростовского областного суда от 21.08.2018 по делу N 33-12898/2018, Апелляционное определение Московского городского суда от 12.09.2017 по делу N 33-35961/2017).
Вместе с тем имеется и иная практика, когда факты неоднократного совершения переводов не препятствовали удовлетворению исковых требований о взыскании денежных средств как перечисленных ошибочно в порядке неосновательного обогащения (Апелляционное определение Свердловского областного суда от 28.08.2018 по делу N 33-14615/2018, Апелляционное определение Московского городского суда от 8 августа 2017 г. по делу N 33-30421/2017);
3) принятие мер истцом для устранения ошибки платежа. В Апелляционных определениях Приморского краевого суда от 15.08.2018 по делу N 33-7641/2018 и Московского городского суда от 12.09.2017 по делу N 33-35961/2017 судами критически оценены доводы истца об ошибке платежа в ситуации, когда за длительный период времени с момента перечисления первой суммы и до подачи иска, полагая, что сумма перечислена ошибочно, истец никаких мер по ее возврату не предпринимал. В указанных ситуациях поведение стороны оценивается по критериям непротиворечивости и добросовестности, а также своевременности (притязания лица не могут находиться в явном противоречии с его предшествующим поведением);
4) наличие между сторонами предшествующих отношений (деловых отношений, родственно-семейных связей с фактами дарения имущества в прошлом, участия в качестве сторон в других гражданских делах) рассматривается судами как обстоятельство, исключающее ошибочность перевода. При этом осведомленность истца о точных реквизитах счета получателя и его фамилии, имени и отчестве, номерах телефонов, совершение перевода как акт намеренного волеизъявления истца при отсутствии какой-либо обязанности с его стороны перед получателем в момент платежа трактуется как намерение добровольной и безвозмездной передачи денежных средств (Апелляционное определение Приморского краевого суда от 15.08.2018 по делу N 33-7641/2018, Апелляционное определение Московского городского суда от 26.03.2018 по делу N 33-11821/2018, Апелляционное определение Верховного суда Республики Саха (Якутия) от 13.11.2017 по делу N 33-4171/2017, Апелляционное определение Верховного суда Республики Мордовия от 10.05.2018 по делу N 33-880/2018).
Такой подход может быть признан правомерным при условии правильного распределения бремени доказывания: если ответчик доказательств, опровергающих доводы истца об ошибочности платежа, не представил, оснований для применения п. 4 ст. 1109 ГК РФ и отказа в удовлетворении исковых требований о взыскании неосновательного обогащения у суда не имеется.
Особо отметим, что в силу п. 2 ст. 1102 ГК РФ правила, предусмотренные гл. 60 ГК РФ, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения самого потерпевшего. Отсюда следует, что само по себе совершение платежа с подтверждением операции по известным истцу реквизитам получателя средств не может являться основанием для отказа в требовании о возврате денежных средств как неосновательного обогащения, необходимо исследование обстоятельств конкретного дела и установление субъективной стороны действий истца. Недоказанность приобретателем (ответчиком) факта благотворительности (безвозмездного характера действий истца) и осведомленности истца в момент перечисления денежных средств о предоставлении денежных средств во исполнение несуществующего обязательства препятствует применению п. 4 ст. 1109 ГК РФ.