Адвокат по убийству добился смягчения приговора и снижения наказания на 1 год и 10 месяцев

Ш. признан виновным в совершении покушения на убийство, то есть на умышленное причинение смерти другому человеку, а также в совершении незаконных хранения и ношения огнестрельного оружия и боеприпасов.

Так он, в неустановленное время, но не позднее * года, при неустановленных обстоятельствах приобрел револьвер системы “*”, являющийся ручным *** огнестрельным оружием калибра * мм, четыре патрона, являющимися штатными боеприпасами, которые незаконно хранил у себя в квартире и носил при себе вплоть до 12 марта 2013 года, когда, находясь у д. * по ул. ** в г. Москве, в ходе ссоры с Б., возникшей на почве ***, имея умысел на убийство последнего, произвел в него из вышеуказанного револьвера не менее двух выстрелов, причинив Б. повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и легкий вред здоровью.

Установленные судом первой инстанции обстоятельства совершения преступлений подробно приведены в приговоре. Осужденный Ш. вину свою признал частично.

В апелляционной жалобе адвокат по убийствам, не соглашаясь с приговором суда, считает его его незаконным и необоснованным по следующим обстоятельствам:

  • суд односторонне подошел к исследованию доказательств по настоящему уголовному делу, не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда;
  • у Ш. не было умысла на совершение убийства Б., а повод к тому, что он вынужден был произвести выстрел в сторону людей, был спровоцирован самим потерпевшим и его друзьями;
  • суд не дал надлежащей оценки тому, что первый выстрел был предупредительным и произведен Ш. вверх;
  • суд не дал должной оценки показаниям Ш. в части нанесения ему ударов потерпевшим и его друзьями;
  • суд необоснованно критически отнесся к показаниям Ш., изложенным в судебном заседании, и посчитал их противоречивыми;
  • суд необоснованно отнесся критически к показаниям свидетелей защиты К. и Б.;
  • суд поверхностно подошел к оценке имеющихся нарушений норм УПК РФ и не сделал соответствующих выводов;
  • суд не дал оценки тому факту, что органами предварительного следствия были существенно нарушены нормы закона в части предоставления вещественных доказательств на экспертизу, в постановлении о приобщении к делу вещественных доказательств следствие не отметило, в какой упаковке поступили предметы, а именно две гильзы и два патрона, ранее изъятые и приобщенные к делу;
  • суд не дал никакой оценки незаконному продлению срока предварительного расследования по делу до 13 апреля 2013 года, тогда как трехмесячный срок заканчивался 13 мая 2013 года;
  • суд не учел состояние здоровья Ш., который **. Поэтому просит приговор суда отменить, уголовное дело вернуть прокурору, либо переквалифицировать действия Ш. с ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ на ч. 1 ст. 111 УК РФ и назначить его подзащитному соразмерное наказание.

В апелляционном представлении заместитель межрайонного прокурора Степанова А.Н. считает приговор подлежащим изменению в части осуждения Ш. по ч. 1 ст. 222 УК РФ. Отмечает, что фактов, указывающих на незаконное хранение Ш. огнестрельного оружия и боеприпасов в местах, обеспечивающих их сохранность, по делу не установлено и в приговоре не отражено. Поэтому просит приговор суда изменить, исключить из осуждения Ш. по ч. 1 ст. 222 УК РФ квалифицирующий признак незаконного хранения огнестрельного оружия и боеприпасов. В остальной части просит приговор оставить без изменения.

Проверив материалы дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах и апелляционном представлении, судебная коллегия находит приговор в отношении Ш. подлежащим изменению.

Вывод суда первой инстанции о виновности Ш. в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105, ч. 1 ст. 222 УК РФ, полностью подтвержден исследованными доказательствами, которые приведены в приговоре суда, в том числе:

  • показаниями потерпевшего Б. о том, что 12 февраля 2013 года он совместно со * Б. и их знакомым К., после совместно **, шли в сторону дома. Им навстречу шел Ш. Находясь от Ш., примерно в пяти метрах, боковым зрением он (Б.) заметил, как Ш. вытянул руку вперед. Через мгновение он увидел яркую вспышку со стороны Ш. и громкий хлопок, после которого он (Б.) упал на землю. Испугавшись, что Ш. может еще раз в него выстрелить, он начал отползать в сторону. Посмотрев в сторону Ш., он заметил в его руке пистолет, похожий на револьвер. Через несколько секунд он снова услышал выстрел. Он понял, что Ш. снова выстрелил, но куда именно он не видел;
  • показаниями свидетеля К. о том, что 12 февраля 2013 года, примерно в 23 часа 30 минут, он с Б. и Б. возвращался домой. Проходя по ул. **, они увидели идущего навстречу Ш. Никакого конфликта между ними не было, Ш. не задевали и не оскорбляли его. В руках у них никаких предметов не было. В какой-то момент он (К.) услышал два громких выстрела. Обернувшись, он увидел, что Б. упал на землю и закричал, что у него отнялись ноги. Он (К.) и Б. спрятались за припаркованные автомобили, так как Ш., находясь от них на расстоянии около трех метров, стал размахивать пистолетом, наводил пистолет в их сторону. Затем Ш. стал удаляться от них, а Б. проследовал за ним. Он (К.) стал оказывать помощь Б., вызвал скорую помощь. Затем к ним подошел сотрудник полиции, которому К. рассказал, что произошло. Ш. никакую помощь потерпевшему не оказывал;
  • показаниями свидетеля Б. о том, что 12 февраля 2013 года, примерно в 23 часа 30 минут, он, совместно * Б. и К. возвращался с кафе. Проходя между домов, они увидели Ш. Никакого конфликта между ними не происходило. Они спокойно прошли мимо Ш., разговаривали между собой, никаких ударов никто из них подсудимому не наносил и не пытался нанести, нецензурной бранью они не выражались. В руках у них никаких предметов не было. Проходя мимо них, Ш. что-то сказал, но он его слов не разобрал. Также он увидел в правой руке Ш. пистолет, направленный в их сторону. В этот момент он услышал звук выстрела и увидел вспышку огня из пистолета. Выстрелов было два. От выстрела Б. упал на землю и стал кричать, что ему больно. Потом Ш. начал махать пистолетом, наводить пистолет то на него, то на К. Испугавшись, он и К. спрятались за припаркованные рядом автомобили. В момент выстрелов Ш. находился от них на расстоянии около трех метров. Потом Ш., не пытаясь оказать помощь *, стал уходить. Он (Б.) пошел за ним, чтобы не потерять его из виду, Ш. шел спокойно с пистолетом в руке. Затем он (Б.) увидел сотрудников полиции и закричал, чтобы они задержали Ш., который, увидев полицейских выбросил пистолет. Сотрудники полиции задержали Ш.;
  • показаниями свидетелей – сотрудников полиции И. и И. о том, что 12 февраля 2013 года они находились на дежурстве. Патрулируя территорию, примерно в 23 часа 35 минут они услышали крики о помощи. Проследовав по указанному адресу, они увидели Б., который просил задержать мужчину, стрелявшего в его *, которым впоследствии оказался Ш. Б. рассказал, что они втроем прошли мимо Ш., который повернулся и дважды выстрелил в *. Б. пояснил, что никакого конфликта между ними и Ш. не было. Также Б. пояснил, что видел, как и где Ш. выбросил пистолет. Ими был задержан Ш., которого на месте опознал Б. Ш. был в **, а именно его слегка *, когда он стоял на ногах, от него доносился **. При задержании он говорил, что шел домой, ни в кого не стрелял. Когда Ш. доставили в отдел полиции, относительно случившегося он ответил, что ему надоели наркоманы и сказал, что стрелял. Револьвер “*” нашли сотрудники следственно-оперативной группы возле д. * на ул. *;
  • показаниями свидетеля – сотрудника полиции П. о том, что 12 февраля 2013 года он возвращался со смены домой. Проходя вдоль д. * по ул. * г. Москвы, мимо него прошел незнакомый мужчина, впоследствии оказавшийся Ш., за которым шел Б. и что-то кричал. Он остановил Б., который пояснил, что Ш. ранил из пистолета *. Чтобы проверить данную информацию он (П.) проследовал по адресу, указанному Б., где обнаружил лежащего на животе Б., у которого было огнестрельное ранение и который просил о помощи. Неподалеку от него находился К., который пытался остановить проезжающий по дороге транспорт с целью вызова скорой медицинской помощи. Он (П.) вызвал наряд полиции. К. пояснил, что проходивший мимо них Ш. беспричинно произвел в их сторону два выстрела, один из которых попал в Б.;
  • показаниями свидетелей Я. и Х. о том, что с 12 на 13 февраля 2013 года совместно они находились на суточном дежурстве в бригаде скорой помощи. Примерно в 23 часа 30 минут, диспетчер сообщил, что по адресу г. Москва, ул. *, д. *, кор.* огнестрельное ранение. Приехав по указанному адресу, они обнаружили раненого Б., лежавшего на животе. При осмотре Б. у него были обнаружены два огнестрельных ранения, а именно ранение правого плеча и в районе задней боковой поверхности грудной клетки справа. Также у него имелись гематомы от ударного воздействия пули на задней боковой поверхности грудной клетки справа. Скорей всего было произведено два выстрела в потерпевшего. Б. пояснил им, что он с * и другом возвращались из кафе, навстречу им прошел Ш., который выстрелил в Б. и пошел дальше. Потерпевший также пояснял, что никаких конфликтов с Ш. у них не было. Каких-либо телесных повреждений, подтверждающих следы драки или борьбы, у потерпевшего обнаружено не было. Оказав Б. необходимую медицинскую помощь, они доставили его в ** *** г. Москвы;
  • показаниями свидетеля Б. о том, что Б. приходится ей *. Ночью 13 февраля 2013 года она узнала, что ее * находится в ****, ему делают операцию. Со слов *, он ** Б. и К. шли вечером домой, навстречу им шел Ш. Проходя мимо него, они услышали выстрелы и в этот момент Б. упал. Б. пошел за Ш., а К. остался вызывать скорую помощь. В настоящее время после получения огнестрельного ранения Б. не ходит, прикован к постели, получил инвалидность. У * вследствие полученного огнестрельного ранения отказывали почки, он перенес операцию. По ****. Со стороны Ш. им никакой помощи не оказывалось;
  • карточкой происшествия, согласно которой 12 февраля 2013 года от заявителя П. по телефону поступило сообщение об огнестрельном ранении;
  • карточкой происшествия, согласно которой поступило сообщение о доставлении Б. с огнестрельным ранением правой половины грудной клетки в ***** г. Москвы;
  • рапортами сотрудников полиции И. и И., согласно которым 12 февраля 2013 года они задержали Ш. на которого указал Б.;
  • протоколом осмотра места происшествия, согласно которому на участке местности обнаружен револьвер “*”, в котором находятся два патрона и две гильзы. Со слов Б., данный пистолет перед задержанием выбросил Ш., который выстрелил из данного револьвера в Б.;
  • протоколом осмотра места происшествия, согласно которому осмотрено место происшествия, на котором Ш. произвел выстрелы в спину Б.;
  • протоколом **, согласно которому в день задержания Ш. ****;
  • заключениями судебно-медицинской и дополнительной судебно-медицинской экспертиз, согласно которым у Б. имелись повреждения в виде слепого огнестрельного ранения задней поверхности грудной клетки справа с извлечением пули, причинившее тяжкий вред здоровью опасный для жизни человека, а также сквозное ранение мягких тканей правого плеча в средней трети, причинившее легкий вред здоровью, вызвавший кратковременное расстройство здоровья, продолжительностью до трех недель;
  • протоколом выемки, согласно которому Ш. добровольно выдал куртку, одетую на нем в день задержания;
  • протоколом выемки, согласно которому в помещении ** * г. Москвы добровольно выдана пуля, извлеченная из тела Б.;
  • протоколом выемки, согласно которому изъята одежда, надетая на Б., когда его доставили в ** *;
  • протоколом осмотра предметов, согласно которому осмотрены револьвер системы “*”, с двумя патронами и двумя стреляными гильзами, и куртка, изъятая у Ш.;
  • протоколом осмотра предметов, согласно которому осмотрена пуля, извлеченная из тела Б.;
  • протоколом осмотра предметов, согласно которому осмотрены предметы одежды Б.;
  • заключением баллистической экспертизы, согласно которому, представленный на экспертизу револьвер системы “*”, является * огнестрельным оружием калибра * мм, отечественного производства ** года выпуска. Револьвер исправен и пригоден к производству выстрелов. Представленные на экспертизу два патрона, изготовлены промышленным (заводским) способом, являются штатными боеприпасами к револьверу “*” калибра * мм, и другому огнестрельному оружию под данный патрон. Все патроны к стрельбе пригодны. Две гильзы, изъятые при осмотре места происшествия, являются составной частью * мм револьверного патрона к револьверу системы * и были стреляны в представленном на экспертизу револьвере;
  • заключением баллистической экспертизы, согласно которому, представленная на экспертизу пуля, извлеченная из тела Б., является составной частью * мм револьверного патрона к револьверу системы *, и была выстреляна из револьвера * N *;
  • другими, приведенными в приговоре, доказательствами.

Положенные судом в основу приговора доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ и обоснованно признаны судом допустимыми.

Суд первой инстанции оценил показания потерпевшего, свидетелей обвинения и обоснованно пришел к выводу об их относимости, допустимости и достоверности, принимая во внимание, что они согласуются между собой, а также с иными доказательствами по делу, в частности, карточками происшествия, рапортами сотрудников полиции, протоколами осмотра мест происшествия, протоколом медицинского освидетельствования, заключениями судебно-медицинской и дополнительной судебно-медицинской экспертиз, протоколами выемки, протоколами осмотра предметов, заключениями баллистических экспертиз.

Вопреки доводам адвоката по убийствам, изложенным в апелляционной жалобе, суд дал оценку показаниям свидетелей защиты К. и Б., которые *** охарактеризовали личность Ш., однако они не являлись очевидцами происшествия и поэтому их показания не могут служить доказательством виновности или невиновности Ш.

Суд первой инстанции оценил и показания подсудимого Ш., признав их неубедительными, направленными на избежание уголовной ответственности за содеянное, поскольку они полностью опровергаются показаниями потерпевшего, свидетелей обвинения, иными доказательствами и фактическими обстоятельствами дела.

Представленные сторонами в судебном разбирательстве доказательства всесторонне, полно и объективно исследованы судом, правильно оценены в соответствии с положениями ст. ст. 87, 88 и 307 УПК РФ.

На основе исследованных доказательств суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о достаточности доказательств для принятия законного, обоснованного и справедливого решения и правильно квалифицировал действия Ш., признав его виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105, ч. 1 ст. 222 УК РФ. Оснований для переквалификации действий Ш. с ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 105 УК РФ на ч. 1 ст. 111 УК РФ, о чем содержится просьба в апелляционной жалобе уголовного адвоката, судебная коллегия, с учетом вышеизложенного, не усматривает.

Судебная коллегия не может согласиться с доводами адвоката, что суд односторонне подошел к исследованию доказательств по настоящему уголовному делу, не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда, суд не дал должной оценки показаниям Ш. в части нанесения ему ударов потерпевшим и его друзьями, поскольку всем исследованным в ходе судебного заседания первой инстанции доказательствам судом дана надлежащая оценка, приняты во внимание как доказательства обвинения, так и защиты, причем суд указал в приговоре, почему он принимает одни доказательства и отвергает другие.

Судебная коллегия не может согласиться с доводами адвоката, изложенными в апелляционных жалобах, что у Ш. не было умысла на совершение убийства Б., а повод к тому, что он вынужден был произвести выстрел в сторону людей, был спровоцирован самим потерпевшим и его друзьями, поскольку эти доводы опровергаются показаниями потерпевшего, свидетелей обвинения, и согласуются не только между собой, но и с другими собранными по делу доказательствами, уличающими осужденного в совершении инкриминированных ему преступлений, а именно в покушения на убийство, то есть на умышленное причинение смерти другому человеку, а также незаконных хранения и ношения огнестрельного оружия и боеприпасов.

Выводы суда о доказанности вины Ш. полностью основаны на совокупности собранных по делу доказательств, которые были исследованы в судебном заседании и которым судом дана правильная оценка, в ходе судебного разбирательства участники судебного заседания не были лишены возможности задавать вопросы, заявлять ходатайства, представлять доказательства, что усматривается из протокола судебного заседания. Подсудимым были даны показания по обстоятельствам предъявленного обвинения. Нарушений уголовно-процессуального законодательства, исходя из данных доводов, судебная коллегия не усматривает.

Довод адвоката, что суд не дал надлежащей оценки тому, что первый выстрел был предупредительным и произведен Ш. вверх, судебная коллегия не может признать обоснованным, поскольку данный довод был предметом рассмотрения суда первой инстанции и обоснованно опровергнут по мотивам, изложенным в приговоре, с которыми судебная коллегия соглашается в полном объеме. Кроме того, совершение Ш. преступлений полностью подтверждается всей совокупностью собранных по делу доказательств.

Нельзя признать обоснованными доводы адвоката Головина, что суд необоснованно критически отнесся к показаниям Ш., изложенным в судебном заседании, и посчитал их противоречивыми, поскольку при вынесении приговора судом приведены все показания Ш., данные им как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании, на основании чего суд обоснованно признал их противоречивыми и отнесся к ним критически.

Судебная коллегия не может признать обоснованными доводы защитника, изложенные в апелляционных жалобах, что органами предварительного следствия были существенно нарушены нормы закона в части предоставления вещественных доказательств на экспертизу, поскольку судом первой инстанции были непосредственно исследованы все материалы дела, замечаний и дополнений по их исследованию у участников процесса не последовало. Никаких данных о том, что органами предварительного следствия были нарушены нормы закона в части предоставления вещественных доказательств на экспертизу, в деле не имеется.

Нельзя признать обоснованными доводы адвоката, что срок предварительного расследования по делу был незаконно продлен до 13 апреля 2013 года, тогда как трехмесячный срок заканчивался 13 мая 2013 года, поскольку, несмотря на то, что следователь ошибочно указал в резолютивной части постановления на продление срока до 13 апреля 2013 года, между тем, заместителем руководителя следственного подразделения срок следствия по делу был продлен в установленном законом порядке до 13 мая 2013 года (т. * л.д. *). Кроме того, ошибочное указание следователем даты продления срока следствия, не влияет на доказанность вины Ш. в совершении инкриминированных преступлений.

Каких-либо нарушений уголовного или уголовно-процессуального законодательства при рассмотрении дела судом или при производстве предварительного следствия, влекущих отмену приговора, судом допущено не было.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 389-15 УПК РФ основанием отмены или изменения приговора в апелляционном порядке является неправильное применение уголовного закона.

На основании ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 389-18 УПК РФ неправильным применением уголовного закона является нарушение требований Общей части Уголовного кодекса Российской Федерации.

Суд признал Ш. виновным в совершении незаконных хранения и ношения огнестрельного оружия и боеприпасов.

Между тем, квалифицирующий признак незаконного хранения огнестрельного оружия и боеприпасов Ш. вменен необоснованно.

По смыслу закона, под незаконным хранением огнестрельного оружия и боеприпасов понимается сокрытие указанных предметов в помещениях, тайниках, а также в иных местах, обеспечивающих их сохранность.

Между тем, никаких фактов, указывающих на незаконное хранение Ш. огнестрельного оружия и боеприпасов в местах, обеспечивающих их сохранность, в деле не имеется и стороной обвинения не представлено.

На основании ч. 1 ст. 5 УК РФ, лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина.

Таким образом, квалифицирующий признак незаконного хранения огнестрельного оружия и боеприпасов, подлежит исключению из обвинения Ш., а действия осужденного подлежат квалификации по ч. 1 ст. 222 УК РФ – как незаконное ношение огнестрельного оружия и боеприпасов.

При таких обстоятельствах назначенное Ш. наказание как по ч. 1 ст. 222 УК РФ, так и по совокупности преступлений, судебная коллегия находит подлежащим снижению.

Других оснований к снижению осужденному Ш. наказания, судебная коллегия не находит, с учетом того, что при назначении наказания за совершение указанных преступлений суд первой инстанции учел характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о личности Ш., придя к обоснованному выводу о необходимости назначения ему наказания в виде реального лишения свободы, не согласиться с которым у судебной коллегии оснований не имеется. Оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. ст. 64, 73 УК РФ не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389-20, 389-28, 389-33 УПК РФ судебная коллегия определила Приговор Преображенского районного суда г. Москвы в отношении Ш. – изменить:

  • исключить из обвинения Ш. по ч. 1 ст. 222 УК РФ квалифицирующий признак незаконного хранения огнестрельного оружия и боеприпасов;
  • снизить назначенное Ш. наказание по ч. 1 ст. 222 УК РФ в виде лишения свободы сроком до 1 года 10 месяцев. На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений снизить окончательное наказание в виде лишения свободы сроком до 9 лет 4 месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В остальной части этот же приговор – оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного и адвоката – оставить без удовлетворения; апелляционное представление – удовлетворить.

Апелляционное определение может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в течение одного года со дня его вступления в законную силу.