Адвокат признанил недействительными договоров дарения доли квартиры, истребовании имущества из чужого незаконного владения.

Адвокат действующий в интересах несовершеннолетнего В., обратился в суд с иском к фио, П., М.О., в котором просит признать недействительными договоры дарения 1/3 доли в квартире по адресу: адрес, истребовать имущество из чужого незаконного владения.

В обоснование своих требований адвокат указал, что истец с дата состоит в браке с фио От брака с фио имеют общего сына Владимира, паспортные данные. дата фио заключила с П. договор дарения принадлежащей ей на праве собственности доли в квартире по адресу: адрес, сособственниками которой являются он и их несовершеннолетний сын. Согласие органа опеки и попечительства на совершение сделки дарения доли в спорной квартире, в которой постоянно зарегистрирован и имеет право собственности несовершеннолетний ребенок, получено не было. Полагает, что данная сделка нарушает права и законные интересы несовершеннолетнего ребенка, поскольку ответчик действовала исключительно в своих интересах. Впоследствии П. подарил приобретенную долю М.О.

В ходе судебного разбирательства судом установлено, что спорная трехкомнатная квартира, расположенная по адресу: адрес, общей площадью 65,3 кв. м, жилой площадью 40,2 кв. м, находилась в равнодолевой собственности В., фио и их несовершеннолетнего сына В., паспортные данные, на основании договора передачи N 022100-У17963 от дата.

По договору дарения от дата фио подарила принадлежащую ей 1/3 доли в праве на спорную квартиру П.

Согласие органов опеки и попечительства на совершение данной сделки получено не было.

В дальнейшем по договору дарения от дата П. произвел отчуждение своей доли в праве собственности на спорную квартиру М.О.

На момент заключения договоров дарения в спорной квартире были зарегистрированы истец В., ответчик фио, и их сын В.

Согласно выписке из домовой книги, после заключения договора дарения в жилом помещении был зарегистрирован М.О.

Согласно ст. 168 ГК РФ (в редакции на момент возникновения спорных правоотношений) сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В силу ст. 169 ГК РФ (в редакции на момент возникновения спорных правоотношений) сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна.

К таким сделкам можно отнести, в частности, сделки, нарушающие основополагающие принципы российского правопорядка, определенные в Конституции Российской Федерации.

Согласно п. 4 ст. 292 ГК РФ отчуждение жилого помещения, в котором проживают находящиеся под опекой или попечительством члены семьи собственника данного жилого помещения либо оставшиеся без родительского попечения несовершеннолетние члены семьи собственника (о чем известно органу опеки и попечительства), если при этом затрагиваются права или охраняемые законом интересы указанных лиц, допускается с согласия органа опеки и попечительства.

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от дата N 13-П “По делу о проверке конституционности пункта 4 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки Ч.” пункт 4 статьи 292 ГК РФ в части, определяющей порядок отчуждения жилого помещения, в котором проживают несовершеннолетние члены семьи собственника данного жилого помещения, если при этом затрагиваются их права или охраняемые законом интересы, признан не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 38 (часть 2), 40 (часть 1), 46 (часть 1) и 55 (части 2 и 3), в той мере, в какой содержащееся в нем регулирование – по смыслу, придаваемому ему сложившейся правоприменительной практикой, – не позволяет при разрешении конкретных дел, связанных с отчуждением жилых помещений, в которых проживают несовершеннолетние, обеспечивать эффективную государственную, в том числе судебную, защиту прав тех из них, кто формально не отнесен к находящимся под опекой или попечительством или к оставшимся (по данным органа опеки и попечительства на момент совершения сделки) без родительского попечения, но либо фактически лишен его на момент совершения сделки по отчуждению жилого помещения, либо считается находящимся на попечении родителей, при том, однако, что такая сделка – вопреки установленным законом обязанностям родителей – нарушает права и охраняемые законом интересы несовершеннолетнего.

В силу статей 38 (часть 2) и 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 17 (часть 3), согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, родители при отчуждении принадлежащего им на праве собственности жилого помещения не вправе произвольно и необоснованно ухудшать жилищные условия проживающих совместно с ними несовершеннолетних детей, и во всяком случае их действия не должны приводить к лишению детей жилища. Иное означало бы невыполнение родителями – вопреки предписанию статьи 38 (часть 2) Конституции Российской Федерации – их конституционных обязанностей и приводило бы в нарушение статей 55 (части 2 и 3) и 56 (часть 3) Конституции Российской Федерации к умалению и недопустимому ограничению права детей на жилище, гарантированного статьей 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 38 (часть 2) (абзац первый пункта 4 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2010 г. N 13-П).

По смыслу статей 17 (часть 3), 38 (часть 2) и 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 35 (часть 2), при отчуждении собственником жилого помещения, в котором проживает его несовершеннолетний ребенок, должен соблюдаться баланс их прав и законных интересов. Нарушен или не нарушен баланс прав и законных интересов при наличии спора о праве в конечном счете, по смыслу статей 46 и 118 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 38 (часть 2) и 40 (часть 1), должен решать суд, который правомочен, в том числе с помощью гражданско-правовых компенсаторных или право восстановительных механизмов, понудить родителя – собственника жилого помещения к надлежащему исполнению своих обязанностей, связанных с обеспечением несовершеннолетних детей жилищем, и тем самым к восстановлению их нарушенных прав или законных интересов (абзац третий пункта 4 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2010 г. N 13-П).

Согласно п. 1 ст. 63 СК РФ родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей.

Защита прав и интересов детей возлагается на их родителей (п. 1 ст. 64 СК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 65 СК РФ обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей.

Удовлетворяя исковые требования, оценив в совокупности представленные сторонами доказательства по правилам ст. ст. 12, 56, 67 ГПК РФ, применяя приведенные нормы права, суд пришел к выводу о том, что сторона истца представила совокупность доказательств, достоверно подтверждающих, что договор дарения дата и последующий договор дарения дата не соответствуют требованиям закона.

ФИО заключила безвозмездный договор отчуждения своей доли в праве собственности на квартиру постороннему лицу, не члену семьи, вынуждая тем самым ребенка фактически проживать в одной квартире с посторонними людьми, то есть сделка совершена последней в нарушение ст. 169 ГК РФ.

Заключив оспариваемый договор дарения доли спорной квартиры, фио фактически освободила себя от выполнения обязанностей родителя по созданию нормальных жилищных и иных условий для своего сына, чем нарушила норму ст. 61 СК РФ.

Суд по требованию адвоката признал недействительным договор дарения 1/3 доли квартиры, расположенной по адресу: Москва, адрес от дата, заключенного между фио и П.

Признал недействительным договор дарения 1/3 доли квартиры, расположенной по адресу: адрес от дата, заключенного между П. и М.О.

Вернул стороны в первоначальное положение.

Признал за фио право собственности на 1/3 доли квартиры, расположенную по адресу: адрес.