Сделки по отчуждению доли в уставном капитале ООО: практические проблемы оформления

Совершаются ли сделки по отчуждению доли исключительно в форме договоров или возможны иные варианты, возможно ли отнести их к сделкам под условием? Автор статьи дает пояснения на возникшие вопросы.

С момента внесения изменений в Федеральный закон “Об обществах с ограниченной ответственностью” (далее – Закон об ООО) прошел год. За это время нововведения уже опробованы на практике. Самое существенное из внесенных изменений – это новые правила перехода доли в уставном капитале ООО. Одна из главных новелл – введение нотариальной формы сделки, направленной на отчуждение доли в уставном капитале ООО (далее – сделка по отчуждению доли).

В редакции Закона об ООО, действовавшей до 1 июля 2009 г., понятия сделки, направленной на отчуждение доли в уставном капитале, не было. Тогда Закон предусматривал возможность продажи доли или ее уступки иным образом.

Понятие сделки по отчуждению доли

Что же говорит Закон о новом способе оформления перехода доли? Во-первых, речь идет именно о сделке, т.е. действиях гражданина или юридического лица, направленных на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Очевидно, законодатель не случайно выбрал это понятие, охватывающее все виды юридических действий. Можно предположить, что к числу таких сделок в контексте Закона об ООО относятся не только договоры, но и иные сделки, отличные от договоров, в частности односторонние сделки или сделки во исполнение договора. В то же время в абз. 3 п. 13 ст. 21 Закона об ООО речь идет о “нотариально удостоверенном договоре, на основании которого отчуждаемые доля или часть доли ранее были приобретены”. Из этого положения не ясно, приравнивает ли законодатель сделку по отчуждению доли к договору или речь идет только об одном из видов сделок по ее отчуждению.

Согласно положениям п. 1 ст. 21 Закона об ООО сделка наряду с правопреемством и “иным законным основанием” служит основанием для перехода доли от одного лица к другому в форме продажи или отчуждения “иным образом”. Правила в отношении купли-продажи вещей предусмотрены гл. 30 ч. 2 ГК РФ. В то время как вопрос о том, является ли доля в уставном капитале ООО вещью, остается дискуссионным , многие комментаторы тем не менее сходятся на том, что положения этой главы применяются и к сделкам по отчуждению доли. Под отчуждением иным образом следует понимать, в частности, мену и дарение.

Сделка, направленная на отчуждение доли или ее части, подлежит нотариальному удостоверению (за исключением некоторых особых случаев). Закон прямо и безусловно предусматривает, что доля в уставном капитале общества переходит к ее приобретателю с момента нотариального удостоверения сделки по отчуждению доли.

Проблемы регулирования сделок по отчуждению доли

Нормы Закона об ООО о сделке по отчуждению доли в уставном капитале ООО оставляют открытыми несколько практически значимых вопросов. Не ясно, совершаются ли такие сделки исключительно в форме договоров или возможны иные варианты. Положение о том, что доля переходит к покупателю в момент нотариального удостоверения сделки, фактически закрывает возможность заключения сделок по отчуждению доли отсрочкой исполнения, например с условием о переходе доли после предварительной оплаты или заключение сделки под отлагательным условием. В результате продавец доли не может использовать в этих случаях такие средства правовой защиты, как приостановление исполнения своего обязательства в случае несвоевременного исполнения другой стороной встречного обязательства (ч. 2 ст. 328 ГК РФ).

Последняя проблема особенно актуальна. Фактически положения о сделке, направленной на отчуждение доли в уставном капитале ООО, не позволяют в достаточной мере защитить интересы продавца, так как непосредственно при заключении такой сделки у нотариуса право на долю переходит к покупателю. То есть до нотариального удостоверения сделки у сторон нет никаких обязательств друг перед другом и соответственно оснований, например, для предоплаты, но сразу после заключения сделки у нотариуса покупатель приобретает долю, а продавец должен добиваться оплаты ее цены, не имея возможности удержать за собой долю до получения денег от покупателя.

Эту проблему может решить положение абз. 3 п. 11 ст. 21 Закона об ООО. Если участник общества, который заключил договор, устанавливающий обязательство совершить при возникновении определенных обстоятельств или исполнении другой стороной встречного обязательства сделку, направленную на отчуждение доли в уставном капитале общества (далее – договор о совершении сделки по отчуждению доли), неправомерно уклоняется от нотариального удостоверения таковой, приобретатель, совершивший действия, направленные на исполнение указанного договора, вправе в судебном порядке потребовать передать ему долю в уставном капитале общества. Если суд удовлетворит требования приобретателя, судебное решение будет являться основанием для регистрации перехода права на долю в ЕГРЮЛ.

Данная норма ст. 21 Закона об ООО корреспондирует с положением Гражданского кодекса РФ о возможности признания действительной сделки, подлежащей нотариальному удостоверению, в случае если одна из сторон уклоняется от ее удостоверения, а другая исполнила свои обязательства по ней (п. 2 ст. 165 ГК РФ). Однако при внешнем сходстве между этими положениями есть одно существенное различие: если в Гражданском кодексе РФ речь идет об одной и той же сделке, заключенной в ненадлежащей форме, то Закон об ООО исходит из наличия двух различных сделок: договора, устанавливающего обязательство заключить сделку, и самой сделки по отчуждению доли.

Договор о совершении сделки по отчуждению доли

Необходимо определить, в чем заключается содержание договора о совершении сделки по отчуждению доли согласно ст. 21 Закона об ООО и каково его отношение к сделке. Из приведенного положения Закона об ООО можно сделать вывод, что предметом договора является обязательство совершить сделку, направленную на отчуждение доли в уставном капитале общества. Это обязательство обусловлено “возникновением определенных обстоятельств” или “исполнением другой стороной встречного обязательства”. То есть такой договор можно рассматривать как сделку под условием или договор с отсрочкой исполнения (например, продажа доли на условиях предоплаты). Можно предположить, что законодатель специально ввел в ст. 21 Закона об ООО данное положение, чтобы предусмотреть возможность развести во времени заключение договора, предусматривающего обязательство по отчуждению доли, и момент перехода права на нее.

Следует отметить одну важную особенность связи между сделкой и договором о ее совершении. При принудительном исполнении договора о совершении сделки по отчуждению доли этот договор заменяет собой сделку. Такой вывод основан на том, что суд, признавая требования стороны по данному договору обоснованными, не обязывает другую сторону совершить сделку по отчуждению доли (сравнить с п. 4 ст. 445 ГК РФ о принуждении через суд к заключению договора), а непосредственно передает долю истцу. Следовательно, в этом случае для передачи доли совершение сделки по ее отчуждению не требуется. Таким образом, данная статья Закона об ООО вводит дополнительное основание для перехода права на долю – судебное решение, принятое на основании договора о совершении сделки по отчуждению доли.

К сожалению, эти положения Закона об ООО не позволяют ответить на вопрос о том, как договор о совершении сделки по отчуждению доли исполняется в нормальном (добровольном) порядке. Нет ясности и в том, какое отношение должен иметь договор к сделке по отчуждению доли – Закон ничего не говорит об этом.

Предварительный договор о совершении сделки по отчуждению доли

Если исходить из распространенного представления о том, что сделка по отчуждению доли является договором, то договор, устанавливающий обязательство по ее совершению, является предварительным договором согласно ст. 429 ГК РФ. Такой предварительный договор должен содержать обязательство сторон заключить в будущем, например, договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО на определенных в данном предварительном договоре условиях.

Согласно ст. 429 ГК РФ предварительный договор должен отвечать трем требованиям. Во-первых, он должен содержать условия, позволяющие установить предмет, а также другие существенные условия основного договора. Так, существенными условиями договора купли-продажи считаются наименование и количество товара (этими характеристиками определяется предмет договора). Применительно к доле в ООО это означает, что в договоре нужно указать наименование общества, в котором доля подлежит продаже по основному договору, и размер такой доли. Во-вторых, предварительный договор должен быть заключен в той же форме, что и основной. Таким образом, договор о совершении сделки по отчуждению доли, совершенный в качестве предварительного договора, должен быть нотариально удостоверен. В-третьих, в предварительном договоре должен быть определен срок, в течение которого основной договор подлежит заключению.

В пользу заключения договора о совершении сделки по отчуждению доли как предварительного договора высказываются некоторые комментаторы. О том, что законодатель предполагал применить к предусмотренному в третьем абзаце п. 11 ст. 21 Закона об ООО договору положения Гражданского кодекса РФ о предварительном договоре, косвенно свидетельствует содержание п. 5 ст. 333.25 НК РФ, определяющего особенности уплаты государственной пошлины за совершение нотариальных действий: “При исчислении размера государственной пошлины за удостоверение сделок, направленных на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, а также сделок, устанавливающих обязательство по отчуждению доли или части доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, принимается сумма договора, указанная сторонами, но не ниже номинальной стоимости доли или части доли”.

Налоговое законодательство не устанавливает форму каких-либо сделок, тем не менее упоминание сделок (в Законе об ООО – договор), устанавливающих обязательства по отчуждению доли в уставном капитале ООО, в числе прочих нотариально удостоверяемых сделок позволяет предположить, что законодатель исходит из нотариальной формы их совершения. Это предположение вполне соответствует представлению о договоре о совершении сделки по отчуждению доли как о предварительном договоре, который, как и сама сделка, должен быть нотариально удостоверен.

Однако заключение предварительного договора об отчуждении доли в ООО не во всех случаях удовлетворяет потребности гражданского оборота. В частности, в рамки предварительного договора не вписывается такая распространенная в международной практике сделка, как опцион. Согласно опциону одна сторона получает право купить долю в ООО в определенные сроки и на определенных условиях, а другая обязана продать первой долю на этих условиях. В отличие от предварительного договора, в соответствии с которым заключить договор обязаны обе стороны, в опционе такая обязанность есть только у одной стороны – продавца, в то время как покупатель может по своему усмотрению принять решение о покупке доли или воздержаться от этого. В этой связи вывод Н. Гурина и К. Зосина о том, что “опцион в своем классическом варианте представляет собой предварительный договор купли-продажи доли”, видится неверным. Точнее было бы отнести опцион к сделкам под отлагательным условием.

Определение договора о совершении сделки по отчуждению доли в ООО, как уже отмечалось, позволяет отнести его к сделкам под условием или сделкам с отсрочкой исполнения. С этим обстоятельством связана еще одна проблема применения к данному договору положений о предварительном договоре. Дело в том, что предварительный договор по смыслу ст. 429 ГК РФ содержит безусловное обязательство заключить основной договор на предусмотренных в нем условиях. В предварительном договоре обязательно должен быть определен срок, в течение которого основной договор подлежит заключению. Определенный срок исполнения предварительного договора, с одной стороны, и возникновение обязательств по договору при наступлении обстоятельства, относительно которого неизвестно, наступит оно или нет (сделка под отлагательным условием), с другой стороны, являются если не взаимоисключающими, то во многих случаях противоречащими друг другу условиями. Их можно объединить в предварительном договоре, если предусмотреть, что обязательство по заключению основного договора возникнет при наступлении определенного обстоятельства, но не позднее срока, установленного в предварительном договоре. Однако заключить под отлагательным условием предварительный договор, наступление которого не ограничено никакими сроками, невозможно. По общему правилу п. 4 ст. 429 ГК РФ стороны должны будут заключить основной договор не позднее чем через десять лет после предварительного.

Стоит обратить внимание и на иные положения законодательства, расходящиеся с концепцией предварительного договора об отчуждении доли в ООО. Так, согласно п. 3 ст. 8 Закона об ООО в договоре об осуществлении прав участников общества (далее – договор участников ООО) может быть установлено обязательство участников продать долю или ее часть по установленной данным договором цене и (или) при наступлении определенных обстоятельств. Это положение договора участников ООО вполне совпадает с предметом договора о совершении сделки по отчуждению доли согласно абз. 3 п. 11 ст. 21 Закона об ООО, что позволяет применить к данным условиям договора участников ООО положения п. 11 ст. 21 указанного Закона, например о принудительном исполнении такого договора в части передачи права на долю. Однако далее в п. 3 ст. 8 Закона об ООО определено, что договор участников общества заключается в простой письменной форме. Следовательно, договор участников ООО, предусматривающий обязательство по продаже доли, по общему правилу не является предварительным договором по отношению к сделке по отчуждению доли, так как последняя совершается исключительно в нотариальной форме.

Кроме того, общие положения о предварительном договоре (ст. 429 ГК РФ) и положения Закона об ООО о договоре о совершении сделки по отчуждению доли предусматривают различные средства правовой защиты на случай уклонения одной из сторон от совершения соответственно основного договора и сделки по отчуждению доли. В первом случае другая сторона вправе согласно п. 4 ст. 445 ГК РФ обратиться в суд с требованием о понуждении к заключению основного договора, а во втором – суд вправе по требованию стороны передать ей право на долю. То есть если считать договор, предусмотренный в абз. 3 п. 11 ст. 21 Закона, предварительным, то следует признать, что он может быть исполнен в принудительном порядке без заключения основного договора, что принципиально противоречит правовому значению предварительного договора, предметом которого является именно заключение основного договора, а не непосредственное отчуждение имущества (в данном случае – доли в уставном капитале ООО).

Представляется, что для заключения предварительного договора купли-продажи доли в ООО нет законодательных ограничений. Такие договоры, удостоверенные нотариально и позволяющие определить подлежащую продаже по основному договору долю, а также срок, в течение которого последний должен быть заключен, вполне допустимы. Тем не менее вопрос о возможности применения к ним положения п. 11 ст. 21 Закона об ООО о непосредственном принудительном исполнении по суду остается проблематичным, так как предварительный договор может не включать условия, установленные законом для договора о совершении сделки по отчуждению доли: совершение данной сделки при возникновении определенных обстоятельств или исполнении встречного обязательства. Если стороны заключат предварительный договор о безусловном совершении сделки по отчуждению в определенный срок, суд, вероятно, сочтет необходимым применить к нему п. 4 ст. 445 ГК РФ (понуждение к заключению основного договора об отчуждении сделки), а не п. 11 ст. 21 Закона об ООО (принудительная передача доли). Кроме того, предварительный договор не подходит для опционных сделок.

Сделки во исполнение договора

Возможность непосредственного принудительного исполнения договора о совершении сделки по отчуждению доли в уставном капитале ООО позволяет предположить, что в данном случае эта сделка имеет подчиненный, дополнительный по отношению к такому договору характер. Действительно, если суд вправе своим решением заменить сделку по отчуждению доли непосредственной передачей доли приобретателю, то не сводится ли сама сделка по отчуждению доли к оформлению такой передачи?

Гражданский кодекс РФ признает возможность заключения устных сделок во исполнение письменного договора (п. 3 ст. 159). Представляется, что подобная конструкция по аналогии может быть применена и к сделкам по отчуждению доли в ООО. В этом случае такую сделку следует рассматривать как сделку во исполнение ранее заключенного договора об отчуждении доли. Тогда сделкой по отчуждению доли может быть, например, акт приема-передачи доли в уставном капитале ООО, совершенный на основании договора купли-продажи доли, к которому применяются правила абз. 3 п. 11 ст. 21 Закона об ООО о принудительном исполнении договора о совершении сделки по отчуждению доли.

Нужно признать, что заключение сделки по отчуждению доли как сделки во исполнение договора об отчуждении доли (например, договора купли-продажи) связано с рядом проблем теоретического и практического свойства. Во-первых, можно ли считать акт приема-передачи доли гражданско-правовой сделкой? Определение сделок согласно ст. 153 ГК РФ (действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей) принципиально включает и подчиненные договорам акты, с которыми связаны установление, изменение или прекращение прав и обязанностей. Например, при совершении акта приема-передачи доли на основании договора купли-продажи доли у продавца прекращается, а у покупателя, наоборот, возникает право на долю в уставном капитале ООО. Именно эта концепция законодательно закреплена в ч. 3 ст. 159 ГК РФ об устных сделках во исполнение письменного договора. Можно предположить, что сделки во исполнение договора могут быть совершены не только в устной, но и в письменной форме.

Судебную практику на этот счет нельзя признать устойчивой. Так, в решении по делу об оспаривании акта приема-передачи помещений по договору аренды суд признал такой акт сделкой и применил к нему положения о недействительности сделок. Однако в другом решении тот же суд (ФАС Северо-Западного округа) отказался признать сделкой акт приема-передачи квартир на основании договора строительного подряда. При этом суд мотивировал свой вывод следующим: “Из названного акта не вытекает, что его оформление повлекло установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей сторон, данный документ лишь удостоверяет факт исполнения сторонами обязательств, предусмотренных договором…”. В отношении отчуждения долей в ООО практика только начинает складываться.

Подчиненные договорам акты (в некоторых работах встречается и заимствованное из германской правовой теории понятие “распорядительные сделки”), такие, как акты приема-передачи, если их признать сделками, следует отнести к многосторонним сделкам, так как для их совершения необходимо выражение воли обеих сторон. Многосторонние сделки в ст. 154 ГК РФ фактически приравнены к договорам. Такое их определение можно истолковать как намеренное ограничение круга односторонних сделок договорами. Однако, на наш взгляд, такой вывод противоречит самому определению сделки, которое прямо включает в это понятие действия, направленные на установление, изменение и прекращение гражданских прав и обязанностей, а не только соглашения (см. определение договора в ст. 420 ГК РФ). Условия большинства договоров (во всяком случае, консенсуальных) предполагают совершение определенных исполнительных действий, которыми стороны создают, изменяют и (или) прекращают взаимные права и обязанности, как-то: обязанность по исправлению недостатков проданного товара при нарушении гарантии качества, возникающая на основании передачи товара покупателю; право на получение вещи в собственность на основании договора купли-продажи, прекращающееся с момента фактической передачи вещи и перехода права собственности на нее; обязанность по приему исполнения, прекращающаяся с момента его фактического приема.

Такие действия во исполнение договора оформляются как устно, так и письменно (акты, протоколы). Следовательно, в них имеются все признаки сделок: само действие; создание, изменение или прекращение им гражданских прав и обязанностей; совершение действия в определенной форме. В частности, Гражданский кодекс РФ, как уже было отмечено, прямо предусматривает “сделки во исполнение договора”, которые, очевидно, могут быть как одно-, так и двусторонними. Поэтому, на наш взгляд, в гражданском законодательстве отсутствуют препятствия к заключению сделки по отчуждению доли как сделки во исполнение договора.

Однако остается открытым вопрос о форме договора о совершении сделки по отчуждению доли (например, договора купли-продажи), во исполнение которого совершается сама сделка по отчуждению доли. Закон об ООО не содержит никаких положений на этот счет. Как уже говорилось, соглашение участников общества, которое может содержать условия, аналогичные договору о совершении сделки по отчуждению доли, заключается в простой письменной форме, из чего можно сделать вывод, что и договор согласно абз. 3 п. 11 ст. 21 Закона об ООО заключается в этой форме.

Допустимо ли вообще совершение сделки во исполнение договора в форме, отличной от формы самого договора? Прямо дозволено это в отношении устных сделок во исполнение письменных договоров, но нет законодательных препятствий для совершения сделок во исполнение договора и в иной форме, отличной от основного договора. Так как нотариальная форма для договора о совершении сделки по отчуждению доли законом не предусмотрена, то ничто не запрещает заключать его в простой письменной форме (тем более что положение о договоре об осуществлении прав участников ООО косвенно свидетельствует в ее пользу). Проблема может, однако, возникнуть при нотариальном удостоверении сделки на основании такого договора. Дело в том, что нотариусы обязаны проверять соответствие сделки требованиям закона. Если необходимо нотариально удостоверить сделку во исполнение ранее заключенного договора по отчуждению доли, можно предположить, что нотариус сочтет необходимым проверить законность и самого договора. Такая проверка может привести к тому, что нотариус признает намеченную сделку по отчуждению доли противозаконной в связи с несоответствием закону договора, на основании которого она совершена. Так, нотариус может признать уже заключенный договор купли-продажи доли в ООО сделкой с заинтересованностью, не одобренной надлежащим образом. Результатом такого признания будет отказ нотариуса от удостоверения акта приема-передачи доли на основании данного договора. Однако сам договор тем не менее сохранит юридическую силу: в соответствии с Законом об акционерных обществах и Законом об ООО у нотариуса нет права оспорить его. В данном случае сторонам не останется ничего иного, как одобрить сделку в установленном порядке или расторгнуть договор.

Договор о совершении сделки по отчуждению доли может быть также заключен в нотариальной форме с последующим нотариальным удостоверением сделки по отчуждению доли. Отсутствие четких положений о форме договора о совершении сделки по отчуждению доли, а также неопределенный характер отношения первого ко второй, к сожалению, позволяют предположить, что нотариусы будут очень осторожно относиться к толкованию Закона об ООО, предполагающему разделение договора по отчуждению доли и сделки во исполнение его. Эта тенденция видна уже по Методическим рекомендациям Московской городской нотариальной палаты, которые в качестве вариантов сделки по отчуждению доли предлагают только три вида договоров: купли-продажи, мены и дарения.

Примером консервативного отношения нотариата к нестандартным сделкам с долями в ООО является позиция представителей Федеральной и Московской городской нотариальных палат на встрече с Юридическим комитетом Ассоциации европейского бизнеса в России, состоявшейся 25 августа 2009 г. На вопрос о необходимости нотариального удостоверения договора купли-продажи доли, заключенного под условием, они ответили утвердительно. Вопрос о форме заключения опциона на покупку доли вызвал у них затруднение. В результате представители нотариата посоветовали обратиться за разъяснениями в Минэкономразвития России. Таким образом, можно предположить, что для возникновения устойчивой практики нотариального удостоверения сделок по отчуждению доли как сделок во исполнение договора могут потребоваться решения высших судов.

Важным в этой связи представляется Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 29.04.2010 по делу N А10-5298/2009. Это одно из первых решений окружного арбитражного суда по спору, связанному с новым порядком отчуждения долей в ООО. Истец и ответчик (оба – физические лица) 30 октября 2009 г. (т.е. уже после вступления в силу изменений в Закон об ООО) подписали в простой письменной форме договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО. Покупатель уплатил продавцу цену продажи, однако последний уклонился от нотариального удостоверения сделки, после чего покупатель обратился в суд с иском о передаче ему спорной доли в уставном капитале ООО. Суды трех инстанций признали требования истца обоснованными и удовлетворили иск, несмотря на то что ответчик настаивал на ничтожности договора купли-продажи из-за несоблюдения сторонами нотариальной формы сделки. ФАС Восточно-Сибирского округа пришел к выводу, что данный довод ответчика противоречит положениям п. 11 ст. 21 Закона об ООО. В результате суд признал договор купли-продажи доли договором о совершении сделки по отчуждению доли в уставном капитале ООО и своим решением в полном соответствии с абз. 3 п. 11 ст. 21 Закона об ООО передал долю покупателю.

Таким образом, суд признал, что для договора, устанавливающего обязательство по совершению сделки, направленной на отчуждение доли, нотариальная форма не является обязательной. К сожалению, из материалов дела не ясно, как именно стороны должны были нотариально удостоверить сделку, направленную на отчуждение доли. Они могли заново удостоверить у нотариуса договор, аналогичный по содержанию ранее заключенному договору купли-продажи или констатирующий исполнение покупателем обязанности по уплате цены, или удостоверить акт приема-передачи доли как сделку во исполнение договора. Отметим, что данное решение ФАС Восточно-Сибирского округа было оставлено в силе Высшим Арбитражным Судом РФ .

Как мы видим, положения новой редакции Закона об ООО обеспечивают баланс между защитой прав участников ООО от рейдерских захватов (введение нотариального порядка заключения сделок с долями в ООО было мотивировано именно этим) и интересами гражданского оборота. В Законе об ООО можно найти основания для оформления отчуждения доли самыми разными способами: обычным договором купли-продажи, договором купли-продажи на условиях предоплаты, предварительным договором, опционом, соглашением участников ООО. Однако положения Закона, регулирующие отчуждение доли в уставном капитале, в этой части недостаточны и противоречивы. В частности, они не дают ответа на вопрос о форме заключения договора о совершении сделки по отчуждению доли, о видах сделок, направленных на отчуждение доли. Ситуация усугубляется тем, что новые правила должны применять нотариусы, которые, вполне обоснованно желая снизить риск своей ответственности, подходят к толкованию норм Закона очень консервативно.

В этой связи нельзя не возразить одному из разработчиков новой редакции Закона об ООО Д. Степанову, который в интервью газете “ЭЖ-Юрист” заявил: “Необходимо, чтобы участники оборота понимали намерение законодателя: указанное правило направлено на то, чтобы четко обозначить момент перехода доли от одного лица к другому, но вовсе не предполагает нотариального удостоверения тех сделок, по условиям которых доля (часть доли) не предполагается перешедшей при совершении сделки, например когда речь идет о предварительных договорах или опционах”. К сожалению, в данном случае законодатель выразил свое намерение так неясно и противоречиво, что понять его обычному участнику оборота, равно как и судье, без дополнительных разъяснений и без устойчивой судебной практики очень непросто.

Н. Бобринский