Статья 291.1. Уголовного Кодекса РФ Посредничество во взяточничестве. Мнение адвоката.

1. Федеральным законом от 4 мая 2011 г. N 97-ФЗ Уголовный кодекс РФ дополнен ст. 291.1 “Посредничество во взяточничестве”. По сравнению со ст. 174.1 УК РСФСР 1960 г., содержавшей простую диспозицию, не раскрывавшую соответствующее понятие, в ст. 291.1 УК РФ диспозиция – описательная и к тому же альтернативная. Теперь посредничество во взяточничестве понимается значительно шире: во-первых, как непосредственная передача взятки по поручению взяткодателя или взяткополучателя и, во-вторых, как иное способствование взяткодателю и (или) взяткополучателю в а) достижении либо б) реализации соглашения между ними о получении и даче взятки в значительном размере. Дополнение Уголовного кодекса комментируемой нормой не является криминализацией названных форм посредничества, до этого посредничество во взяточничестве в обеих формах квалифицировалось как соучастие в даче либо получении взятки пункт 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2000 г. N 6 “О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе”.

2. Ответственность по ст. 291.1 УК предусмотрена за посредничество в даче либо получении взятки в значительном размере, который превышает согласно примечанию к ст. 290 УК двадцать пять тысяч рублей. Это ограничение порождает некоторые вопросы, и первый состоит в том, означает ли такое решение законодателя запрет привлечения к уголовной ответственности за посредничество в случаях, когда планируемый и фактический размер взятки не превышает двадцати пяти тысяч рублей? Если это так, то вместо усиления уголовно-правового противодействия коррупции произошло его существенное ослабление: правоприменитель, выражают обоснованное опасение исследователи, станет считать непреступными действия, которые до внесения обсуждаемых изменений в уголовный закон уголовную ответственность влекли.

Конечно же, декриминализация подобного весьма распространенного коррупционного поведения не могла быть целью законодателя. А потому посредничество в получении либо даче взятки в меньшем размере по-прежнему должно квалифицироваться как соучастие в даче либо получении взятки.

3. В связи с этим выводом сохраняет актуальность вопрос о квалификации неудавшегося соучастия, когда им охватываются посреднические действия. Такое неудавшееся соучастие разграничивается со второй формой посредничества по критерию значительного размера взятки следующим образом.

Вторая форма посредничества, как уже указывалось, состоит в способствовании взяткополучателю и взяткодателю в достижении или реализации соглашения между ними о получении и даче взятки. Эта форма охватила те действия, которые и ранее по УК РФ 1996 г., и в период действия УК РСФСР 1960 г. квалифицировались как соучастие в виде пособничества, подстрекательства либо даже организации дачи или получения взятки. Следствием нынешнего законодательного подхода стало, в частности, то, что деяние в виде неудавшегося соучастия во взяточничестве, квалифицируемое ранее как неоконченное преступление без ссылки на ст. 33 УК РФ (см. ч. 5 ст. 34 УК РФ), теперь образует оконченное преступление.

Пример. Гражданин Иванов по просьбе предпринимателя Петрова предложил должностному лицу – руководителю муниципального учреждения Сидорову заключить с Петровым договор аренды помещения и принять от Петрова за это взятку. Иванов и Сидоров оговорили сумму взятки, место ее передачи, условия договора аренды и пр. Однако вопреки стремлению указанных лиц передача взятки не состоялась в связи с внезапным арестом Сидорова по делу об ином преступлении, его болезнью и т.п.

Если сумма оговариваемой взятки не превышала двадцати пяти тысяч рублей, то действия Иванова квалифицируются по правилам, предусмотренным ч. 5 ст. 34 УК РФ: “В случае недоведения исполнителем преступления до конца по независящим от него обстоятельствам остальные соучастники несут уголовную ответственность за приготовление к преступлению или покушение на преступление”. Поскольку исполнители находились на стадии приготовления, действия неудавшегося соучастника также квалифицируются как приготовление к преступлению <4>. Но так как в сконструированной ситуации Сидоров собирался совершить преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 290 УК РФ и относящееся к преступлениям средней тяжести, то это в силу ч. 2 ст. 30 УК РФ исключает уголовную ответственность Иванова.

Если же сумма взятки, о получении-даче которой стороны договорились через Иванова, превышала двадцать пять тысяч рублей, то содеянное образует состав оконченного посредничества во взяточничестве в форме способствования взяткодателю и взяткополучателю в достижении соглашения между ними о получении и даче взятки.

4. Как квалифицировать действия посредника, собиравшегося передать в несколько приемов взятку в значительном размере и в первый раз передавшего ценности на сумму менее двадцати пяти тысяч рублей, если при передаче оставшейся части взятки он был задержан?

Поскольку дача и получение взятки считаются, как разъясняет Пленум, оконченными с момента принятия получателем хотя бы части передаваемых ценностей Пункт 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2000 г. N 6., то позиция Верховного Суда преимущественно состоит в следующем (до обсуждаемого изменения закона эта позиция выражалась применительно к квалифицирующему признаку получения взятки в крупном размере): если между сторонами была договоренность о передаче взятки в крупном размере, то должностное лицо несет ответственность за оконченное получение взятки в крупном размере, даже если реализовать умысел полностью не получилось по обстоятельствам, от него не зависящим, и стоимость фактически полученных ценностей не достигала указанного размера. Кроме того, в период действия УК 1960 г. Пленум разъяснял, что и посредничество во взяточничестве считается оконченным с момента принятия должностным лицом хотя бы части взятки Пункт 6 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 30 марта 1990 г. N 3.

С учетом сказанного содеянное при указанных обстоятельствах будет квалифицироваться как оконченное посредничество в получении либо даче взятки в значительном размере.

5. Взятка может быть передана не только в виде денег, иных ценностей, но и в виде услуг имущественного характера. Однако первая форма посредничества понимается законодателем довольно узко: непосредственная передача взятки по поручению взяткодателя или взяткополучателя. Следовательно, предметом посредничества во взяточничестве в этой форме услуги имущественного характера быть не могут.

Поэтому если третье лицо оказывает чиновнику полностью оплаченные взяткодателем услуги (выполняет работы), скажем, ремонтирует дом, и осознает, что эти услуги выполняются за совершение должностным лицом действий (бездействия) по службе в пользу взяткодателя, то подобное оказание услуг образует вторую форму посредничества: способствование взяткодателю и взяткополучателю в реализации соглашения между ними о получении и даче взятки.

Когда же лицо оказывает чиновнику подлежащие оплате, но не оплачиваемые этим чиновником услуги за совершение действий (бездействия) по службе в пользу другого лица и такие услуги это другое лицо также не оплачивает, то такое оказание услуг образует не посредничество, а дачу взятки за действия (бездействие) в пользу представляемого лица.

Еще один случай: лицо, в пользу которого чиновник собирается совершить действия (бездействие) по службе, оплачивает услуги, выполняемые для чиновника третьим лицом, лишь частично. Содеянное третьим лицом (т.е. лицом, выполняющим услуги для чиновника) должно квалифицироваться как посредничество в даче взятки в сумме, соответствующей оплаченной части услуги, а в другой, не оплаченной взяткодателем части, – как дача взятки группой лиц по предварительному сговору. В этом случае исполнителями дачи взятки группой лиц по предварительному сговору являются: лицо, частично оплатившее услуги, оказанные чиновнику, и лицо, непосредственно оказавшее услуги – в той части, за которую оплату оно у первого взяткодателя не получило.

6. Взятка может быть передана в интересах как самого взяткодателя, так и представляемого им физического либо юридического лица. В последнем случае в отличие от посредника, который также может действовать в интересах взяткодателя, взяткодатель использует собственное имущество либо сам оплачивает предоставляемые должностному лицу выгоды имущественного характера. При этом имущество, в том числе денежные средства, используемое в качестве взятки, может быть получено взяткодателем в долг в том числе у лица, ставшего посредником в получении либо даче взятки.

Следует также указать, что критерием для разграничения здесь не может выступать инициатива в получении взятки: посредник может выступить и инициатором – подстрекателем, организатором de facto – получения либо дачи взятки. Подобная инициатива не противоречит и тому, что в итоге, при собственно передаче ценностей, посредник уже действует, как указано в ч. 1 ст. 291.1 УК, “по поручению взяткодателя или взяткополучателя”.

7. Способствование взяткодателю или взяткополучателю в достижении соглашения между ними может состоять в том, что посредник по поручению одной из сторон, например взяткодателя, договаривается с другой стороной, соответственно – взяткополучателем, о передаче взятки и о выполнении за взятку обусловленных действий. При таких обстоятельствах при успешной реализации договоренности (реализация может быть и без участия этого посредника) посредник фактически выступает в роли организатора (либо подстрекателя) получения взятки. Однако в этом случае содеянное полностью охватывается составом посредничества и не требует дополнительной квалификации как соучастия в получении либо даче взятки.

В п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2000 г. N 6 даны разъяснения о квалификации действий руководителя, предложившего подчиненному ему по службе работнику добиваться желаемого действия или бездействия в интересах соответствующего органа, учреждения или организации путем дачи взятки. Руководитель в этом случае несет ответственность по ст. 291 УК РФ как исполнитель, т.е. как взяткодатель, а работник, договорившийся о выполнении за взятку обусловленных действий и вручивший взятку, – как пособник в даче взятки.

Однако, с учетом внесенных в УК изменений, действия работника должны квалифицироваться как посредничество во взяточничестве. Подобным образом деяние квалифицируется, если взятка передается за счет имущества указанного юридического лица либо взяткодателя, по предложению которого действовало подчиненное ему лицо. Но если работник передает взятку за собственный счет, зная, что затраты ему возмещены не будут, то он – взяткодатель, а его руководитель – организатор либо подстрекатель.

8. Способствование взяткополучателю и (или) взяткодателю в реализации соглашения между ними о получении и даче взятки может состоять и в том, что лицо ссужает либо дарит деньги, иные ценности другому лицу, осознавая, что затем они будут использованы непосредственно в качестве предмета взятки либо оплаты незаконно оказываемых должностному лицу услуг имущественного характера.

9. Субъект преступления – общий. Исключением является совершение преступления с использованием лицом своего служебного положения (ч. 2 ст. 291.1 УК). В этом случае субъект – должностное лицо, государственный служащий или служащий органа местного самоуправления, не являющиеся должностными лицами, а также лица, выполняющие управленческие функции в коммерческой или иной организации.

10. Посредничество с использованием лицом своего служебного положения означает, что при совершении указанных в ч. 1 ст. 291 УК действий лицо использует либо полномочия, наделение которыми определяет его статус специального субъекта, либо служебный авторитет в отношении непосредственно или опосредованно подчиненных либо подконтрольных ему лиц.

Пример. Заместитель министра субъекта Федерации, в обязанности которого входил контроль за деятельностью ведомственных учреждений, принятие по выявленным фактам нарушений мер дисциплинарного характера и т.п., организовывал передачу руководителями этих учреждений взяток министру. Для этого он использовал свои организационно-распорядительные полномочия, приглашая к себе названных руководителей и угрожая в случае отказа принятием к ним соответствующих мер. Взятки передавались руководителями учреждений лично министру. Действия замминистра образуют состав посредничества во взяточничестве в форме способствования взяткодателю и взяткополучателю в достижении и реализации соглашения между ними о получении и даче взятки в значительном размере, с использованием своего служебного положения.

Если же часть взятки предназначалась самому заместителю министра (о чем взяткодателям было известно), который действовал по согласованию с министром, то они оба должны нести ответственность за получение взятки путем вымогательства (если принуждение к даче взятки состояло в высказывании угрозы законным интересам взяткодателей) группой лиц по предварительному сговору. В этом случае дополнительно квалифицировать действия заместителя как посредничество во взяточничестве не нужно, поскольку должностные лица, получая взятку в составе группы лиц по предварительному сговору за действия (бездействие) по службе, образуют, по выражению Б. Волженкина, “одно целое”, а быть для самого себя посредником в получении взятки нельзя.

11. Другим квалифицирующим признаком, предусмотренным ч. 2 ст. 291.1 УК, является посредничество во взяточничестве за совершение заведомо незаконных действий (бездействие). Под незаконными действиями (бездействием) должностного лица, за которые оно получает взятку, понимаются неправомерные действия, которые не следовали из его служебных полномочий или совершались вопреки интересам службы, а также действия, содержащие в себе признаки преступления либо иного правонарушения Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 30 марта 1990 г. N 3.. Заведомость означает совершенно достоверное, а не предположительное знание о факте п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 июня 2004 г. N 11 “О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 131 и 132 Уголовного кодекса Российской Федерации”.

12. При посредничестве во взяточничестве, совершенном группой лиц по предварительному сговору (п. “а” ч. 3 ст. 291.1 УК), каждый из участников группы должен совершить действия (возможно, и бездействие), состоящие в непосредственной передаче взятки либо непосредственно направленные на достижение соглашения между взяткодателем и (или) взяткополучателем о получении и даче взятки или на реализацию такого соглашения. Понятно, что перечень таких поведенческих актов весьма широк и включает, например, предоставление участникам криминальной сделки помещений для переговоров, средств связи, противодействие мерам, направленным на выявление взяточничества, и т.п. Получение-дача взятки представляет собой дарение, хотя эта сделка в силу ст. 169 ГК РФ недействительна, так как совершена с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности.

Пример. Сотрудник службы безопасности коммерческой организации Иванов выявил факт соглашения между руководителем одного из подразделений указанного юридического лица Петровым, находящимся во враждебных отношениях с директором этой организации, и сотрудником полиции о том, что последний за взятку в крупном размере, незаконно используя свои полномочия, изымет документацию организации с целью затруднения ее деятельности и причинения ей тем самым убытков. Взятку должен был передать подчиненный Петрова – Сидоров, осведомленный о характере вознаграждения сотрудника полиции. Передав взятку, Сидоров выполнил состав посредничества во взяточничестве.

Не желая портить отношения с Петровым, Иванов скрыл выявленный факт, не уведомив о нем руководство организации и не приняв предусмотренные его служебными обязанностями меры по пресечению преступной деятельности, направленной на причинение организации вреда. Иванов, таким образом, будучи обязанным действовать, бездействовал и путем бездействия также выполнил состав посредничества во взяточничестве путем способствования взяткодателю и взяткополучателю в реализации соглашения между ними о получении и даче взятки в крупном размере. При этом Иванову следует вменить и признак использования служебного положения. Эта квалификация основана на позиции Пленума, состоящей в том, что под использованием служебных полномочий следует понимать в том числе умышленное неисполнение лицом своих обязанностей по службе. См.: п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 г. N 19 “О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий”.

Однако признак посредничества во взяточничестве группой лиц по предварительному сговору может быть вменен Сидорову и Иванову лишь в том случае, если они действовали согласованно (ч. 2 ст. 35 УК). Если же, скажем, Сидорову было известно о роли Иванова в реализации соглашения о получении-даче взятки, но он – пусть и ошибочно – полагал, что Иванов ничего не знает о посреднической роли самого Сидорова и считает, что взятку передаст непосредственно Петров, признака совершения преступления группой лиц по предварительному сговору нет.

13. Устойчивые группы посредников могут представлять собой цепочку передающих предмет взятки лиц, когда такие группы не тяготеют ни к взяткодателям, ни к взяткополучателям, а преследуют собственный корыстный интерес – обогатиться путем выполнения комплекса посреднических действий при передаче взятки. Однако, в отличие от группы лиц по предварительному сговору, в организованной группе посредников и одно лицо может непосредственно выполнять посредническую функцию: передавать взятку по устойчивому коррупционному каналу, организовывать или лично проводить переговоры с участием будущих взяткодателей и (или) взяткополучателей, представлять этих лиц на переговорах и т.д. Остальные члены организованной преступной группы посредников во взяточничестве могут лишь обеспечивать деятельность такой группы, например, посредством предоставления транспорта, средств электронной связи, аренды банковских ячеек, осуществления противодействия сотрудникам правоохранительных органов, выявляющих факты коррупции, и т.д. В этом случае указанным лицам точно может быть не известно, какой именно преступной операции они способствуют. Главное, что они осознают устойчивый характер группы, членами которой являются, и свою роль в функционировании этой группы, обеспечивающей создание и (или) сохранение соответствующих коррупционных связей.

14. Часть 5 ст. 291.1 УК предусматривает ответственность за собственно обещание или предложение посредничества во взяточничестве. Поскольку в законе (ч. 1 ст. 291.1) посредничеством во взяточничестве соответствующие действия названы, только если размер взятки является значительным, то ответственность по ч. 5 ст. 291.1 УК наступает за обещание или предложение посредничества в даче либо получении взятки не менее чем в значительном размере.

Обещание или предложение посредничества в даче либо получении взятки менее чем в значительном размере, если преступная деятельность после этого была прервана по независящим от лица обстоятельствам, образует приготовление к получению либо даче взятки (при решении вопроса об ответственности за приготовление к преступлениям, предусмотренным ч. 1 ст. 290, ч. ч. 1 и 2 ст. 291 УК, следует учитывать положения ч. 2 ст. 30 УК).

Обещание и предложение посредничества должны быть достаточно конкретны, прямо или опосредованно обращены к конкретному лицу. В противном случае их нельзя будет разграничить с высказанным в присутствии других лиц намерением, которое по российскому уголовному праву ненаказуемо Пункт 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2000 г. N 6.

15. “Обещание посредничества можно рассматривать как разновидность способствования взяткодателю или взяткополучателю, поэтому ч. 5 ст. 291.1 УК РФ, судя по санкции, является квалифицированным составом по отношению к части первой”. Стоит добавить, что и предложение посредничества может быть расценено как частный случай способствования указанным лицам в достижении и реализации соглашения между ними о получении и даче взятки.

Пример. Гражданин Иванов, действуя по поручению Петрова, обвиняемого по уголовному делу, находящемуся в производстве следователя Сидорова, предложил этому следователю, с которым был знаком, за прекращение дела взятку в значительном размере. Они договорились, что взятку Сидорову от Петрова передаст также Иванов, как затем и произошло.

Таким образом, предложение взятки, сделанное посредником должностному лицу от имени будущего взяткодателя и по просьбе последнего, вполне можно рассматривать в качестве частного случая способствования взяткодателю и взяткополучателю в достижении и реализации соглашения между ними о получении и даче взятки. Однако такое предложение, обещание не являются частными случаями посредничества в другой форме, а именно в форме непосредственной передачи взятки по поручению взяткодателя или взяткополучателя, поскольку вторая форма посредничества не охватывает первую его форму в отличие от того, как ранее, в период действия УК РСФСР 1960 г., соучастие в получении либо даче взятки охватывало посредничество, состоящее только в непосредственной передаче предмета взятки от взяткодателя взяткополучателю Пункт 8 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 30 марта 1990 г. N 3.

Следовательно, обещание и предложение посредничества во взяточничестве не являются квалифицирующими обстоятельствами по отношению ко всем формам посредничества, предусмотренным в ч. 1 ст. 291.1 УК. А потому к приведенному случаю нельзя полностью отнести правило, содержащееся в п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. N 29 “О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое” и состоящее в том, что в случае совершения преступления при отягчающих обстоятельствах, предусмотренных несколькими частями соответствующей статьи Особенной части УК РФ, действия виновного при отсутствии реальной совокупности преступлений подлежат квалификации лишь по той части статьи, по которой предусмотрено более строгое наказание.

Сделанное Ивановым следователю предложение посредничества не было стадией, предшествующей заключению соглашения о посредничестве (равно как и о самой взятке) и посредничеству во взяточничестве в первой его форме, по мнению адвоката. Такое предложение стало в рассматриваемом случае единственным из весьма широкого перечня видов способствования взяткодателю и взяткополучателю в достижении и реализации соглашения между ними о получении и даче взятки как второй формы посредничества. Поскольку же Иванов выполнил состав посредничества во взяточничестве за совершение должностным лицом заведомо незаконных действий в виде прекращения уголовного дела, а наказание за это преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 291.1 УК, более строгое, чем за деяние, предусмотренное ч. 5 ст. 291.1 УК, то квалификация его деяния по обеим из названных частей статьи избыточна, содеянное должно квалифицироваться только по ч. 2 ст. 291.1 УК.